Гроза над морем

И отец, и мать Дэниэла были, в отличие от него самого, весьма разговорчивыми людьми. Помня просьбу сына, Виктория не расспрашивала Марту ни о чем специально, но та, окутанная заботой, вниманием и семейным теплом, к концу дня сама рассказала, как оказалась на "Исиде" и познакомилась с Дэниэлом. Про себя удивившись, она отметила, что говорить о печальных событиях не так трудно, если тебя внимательно слушают и, что самое важное, слышат.

Вечера в южном городе оказались тихими и теплыми. Густой и влажный воздух, казалось, можно было резать ножом.

В саду чарующе пахло распустившимися маттиолой, шалфеем, сиренью. Казалось, весь сад утопает в мягком сиреневом облаке. Марта сидела на крыльце дома, рассеянно вертела в руках веточку маттиолы, отчего пальцы пахли цветами, и смотрела в низкое, усыпанное крупным жемчугом звезд небо. Даже оно здесь, на чужой земле, казалось другим. Где-то вдалеке шумело море, слышались отдаленные голоса горожан, сонный лай собак.

Дэниэл подошел почти неслышно и опустился рядом на ступеньки.

В руках у него была кружка дымящегося травяного отвара.

– Мама просила тебе отнести, – он протянул кружку Марте. – Это чтобы ты хорошо спала ночью.

Приняв теплый напиток с благодарным кивком, девушка про себя невольно усмехнулась: все-таки, видно, он и сам не так крепко спит, раз слышал, что по ночам она вертелась на своей скрипучей койке, вставала, поднимала шторку иллюминатора, выходила на палубу. А уснуть она не могла: то и дело перед глазами вставало зарево пожара, оставшееся за спиной в Эйденхилле, когда она побежала на побережье.

Вместо шума моря в ушах звенел шум битвы, последние наставления матери, тихие голоса братьев-близнецов, Сильвестра и Питера. Последние несколько раз уже хотелось просто забыться, чтобы утром встать без головной боли и очередного страха.

Неожиданно на садовой дорожке послышался дробный перестук копыт и голос старого садовника: "Подождите, почтенные, нужно предупредить хозяев!". Дэниэл вскочил, встал впереди Марты, заслоняя ее. Его рука инстинктивно скользнула к бедру, но шпаги не было.

Трое всадников замедлились за несколько футов до крыльца, тот, что ехал первым (по красной форме и черной треуголке стало понятно, что это были солдаты гвардии) осадил коня.

– С кем имею честь говорить?

– Дэниэл Смит, – юноша коротко поклонился. – Что вам угодно?

Глава 11. Графский суд

– Вам необходимо завтра явиться в ратушу, – гвардеец извлек из дорожной сумки свиток серой бумаги с красной сургучной печатью.