Крест бессмертных

Маленькому королю напел в уши, что проскользнёт ночью мимо боевых галер врага в маленькой лодчонке, на вёслах, обмотанных тряпками для бесшумности, а сам вышел из неприметной калитки в стене, предварительно через нужных людей отсыпав золота лично герцогу Маркварду фон Аннвайлеру.

И кто после этого предатель и клятвопреступник?

Так что нет дураков умирать, решил гарнизон и благоразумно сложил оружие.

- Будете жить, - милостиво кивнул герцог, шедший впереди ударного штурмового отряда. В отличие от графа Манупелло, пятидесятилетний Марквард фон Аннвайлер был опытным и смелым воякой, всегда готовым рискнуть жизнью ради стоящего дела.

- В своих покоях, - угрюмо ответил старый сержант с шрамом через всю правую щёку. Он знал, что жизни Фридриха ничего не угрожает, но ему всё равно было стыдно. Как себя ни уговаривай, а слова клятвы были произнесены. - Он не будет сопротивляться, мой господин. Пожалуйста, пощади его.

- Да уж тебя не спрошу! - захохотал герцог, подбоченившись.

- Никого, - помотал головой сержант. – С королём только его учитель.

- Это Вильгельм, что ли? – прищурился герцог. - Французиус?

- Он.

- Десять человек со мной, - скомандовал герцог. – Остальным собрать оружие, запереть пленных, занять позиции на стенах, - он махнул рукой в латной перчатке. – Пошли!

Они вошли в королевские покои без стука, как хозяева и победители.

Правда, на этот раз Марквард фон Аннвайлер рисковать и лезть вперёд не стал, кивнул десятнику. Тот кивнул в ответ, взял на изготовку взведённый арбалет и скомандовал ближайшему солдату:

- Дверь!

Дюжий широкоплечий солдат прикрылся щитом и с размаха врезал по двери сапогом. Дверь распахнулась, и солдат, всё так же прикрываясь щитом, с обнажённым мечом в правой руке шагнул внутрь. За ним, с арбалетом у плеча, скользнул десятник. Быстро оглядел помещение поверх прицела, опустил арбалет, повернулся к дверям.

- Чисто, мой господин. Здесь только мальчишка и его учитель.

- Я тебе не мальчишка, смерд! – вскочил на ноги Фридрих, сидевший до этого за книгой рядом с Вильгельмом. – Обращайся, как положено к своему королю! Иначе…

- Что – иначе? – засмеялся десятник. – Вы сделаете мне больно, Ваше величество?

- Сделаю! – крикнул Фридрих и бросился на обидчика.

Всё произошло так быстро, что никто ничего не успел понять.