Крест бессмертных

- Но я не князь, не воевода… Как вообще один человек может отвечать за всю землю?

- С божьей помощью, как же ещё, - усмехнулся Илья. – Ну и с помощью камня Чинтамани, знамо дело. А также собственного ума, воли, нрава. Я же смог. Значит, и ты сможешь. Повторю ещё раз. И буду повторять раз за разом, пока до тебя не дойдёт, до самого твоего сердца и печёнок. Не человек выбирает камень, а камень человека. Если, к примеру, этот перстень надеть на палец кому-то из твоих друзей-товарищей или даже самому князю Константину Всеволодовичу, ничего не произойдёт.

У них будет обычное украшение, которому, в общем, невелика цена. Ну, может быть, немного укрепится здоровье, и они проживут на несколько лет дольше. Однако это всё. Совсем другое происходит с тем, кому камень предназначен…

Они проговорили почти до утра. Потом, когда Алёша с товарищами уже был принят в княжескую дружину, он множество раз навещал Илью. Да что там навещал! Бывало, целыми седмицами жил в Григорьевском затворе, где Илья также ведал библиотекой и учил монахов греческому и латыни.

Илья вложил в Алёшу знания, которые тот не получил бы нигде в мире. Научил читать и писать на латыни, древнегреческом и арабском, дал основы языка и письменности древней и удивительной китайской страны, лежащей далеко на восходе, где вместо слов, сложенных из букв, используют особые рисованные знаки – иероглифы. А главное – обучил правильно взаимодействовать с камнем, чтобы понимать, на что его владелец способен, а на что не стоит рассчитывать.

Поначалу товарищи обижались.

- Ты прямо как не русский храбр, - говорил иногда Милован. – Что ты нашёл в этом старике? Учится он… Пошли лучше мёду выпьем и по девкам!

При этом Ждан и Акимка хоть и помалкивали, но по ним было видно, что они тоже не слишком хорошо понимают увлечение друга. К чему учёность княжьему дружиннику, который завтра в военном походе, может сложить буйну голову под первым попавшимся ракитовым кустом? Какая разница, будет эта голова набита знаниями по самую макушку или гудеть с похмелья после вчерашней молодецкой гулянки?

Не станешь же объяснять, что этот старик – тот самый Илья Муромец, о котором сложены песни и былины, а латынь и греческий необходимы человеку, впереди у которого не обычные двадцать-тридцать или даже сорок лет жизни, а много-много больше.

Столько, что и сказать никому нельзя.

Всё равно не поверят.

Он и сам не до конца в это верил.

Арабский и китайский тоже пригодятся.