Кровные оковы

Анешка стояла перед креслом и теребила пальцами свой фартук.

– Приехали, господин, – позвала она. – А господин Юлек-то замолчал уже давно, только храп и слышен. Приходили ещё с площади, поставили всё, сказали; так им с подвала велели строить ещё одну, и они…

– Хватит, – прошептал Лоренц. – Хватит. Где караул? Где пленники?

– Нет пленников, – раздался со входа недовольный голос Иржи. Раздался стук шагов, и он тоже встал рядом с Анешкой. – Двоих мы нашли мёртвыми. Ещё двух нагнали под виселицами еретиков. Еле шевелились.

Своим ходом бы не дошли.

Сиятельство снова закрыл глаза. Это была слишком лёгкая смерть за всё, что они причинили деревне.

– А ещё двое? – слабо спросил он. – Их же было шестеро.

– Слепой и женщина смогли уйти, – глухо ответил солдат. – Засада. Я видел их флаг. Нас было слишком мало, чтоб пытаться одолеть стоянку.

– Слепой и женщина… – рассеянно прошептал Лоренц. Два самых ценных для них человека… почему же умерли остальные? Не чары жреца ли забрали их жизни? – Что с остальными? Где они?

– Трупы не трогали, – Иржи вздохнул.

– А тех, кого пришлось добить, оставили прямо под виселицами. Решили, что так будет правильней. Там был наш, светлокожий. И один, который говорил на нашем.

– Надобно бы и в лагерь послать… – пробормотал Лоренц. – Хотя, верно, мы скоро уж уедем отсюда; вряд ли за полдня они соберутся напасть по такой погоде. Стоянка… странно, что остались по эту сторону.

– Они пошли в направлении гор, – просто ответил солдат. – Там, наверное, наши и не проходили, далековато от лагеря.

Пошлём людей, если велите. Или можно уже собираться в дорогу всем с города? – он грустно усмехнулся. Господин поднял усталый взгляд и, помедлив, кивнул.

За окном послышались шум, топот и голоса. Деревенские дождались утра и поплелись на рынок. Гомон зазвучал совсем рядом, во дворе управы — никак, Юлека ждут под конвоем. Быстро же слухи расходятся! Лоренц тряхнул головой. Надобно избавиться ото всех лишних мыслей. Забудь, забудь про Эберта. О нём можно решить и позже; и о нём, и об Аннет, и о той самой обещанной молельне.

Всё, что сейчас нужно сделать — это допросить бывшего старосту на глазах у всех его недавних подчинённых, да повесить его раньше, чем те забьют его камнями.

– Спустись в подвал, скажи, чтоб вели его к рынку, – наконец отозвался Лоренц. – Думаю, это зрелище многим будет по вкусу. Анешка ведь всем уже раструбила? – он покосился на стремительно краснеющую девку. – А после… после иди к Марте и собирай всех с города.