Кровные оковы

В какой-то момент Лоренц истребовал зеркало; в нём он увидел похудевшее осунувшееся лицо, свалявшиеся мокрые волосы и воспалённый красный след от раны на щеке. Осмелев за время лечения, он велел Марте сделать что-то с ним; вечером того же дня ему направили другую знахарку, моложе и смущённей, которая долго-долго расчёсывала его волосы, а после осторожно протёрла той же мерзко пахнущей жидкостью раненую щёку.

Фрол заходил к нему каждый день, бойко рассказывал свежие новости и спрашивал о городских делах. На вопросы о брате он только отмахивался.

– Юлек сказал, что будет вас беспокоить, как вы уже на ноги встанете. Вы это, если устанете от меня, вы скажите! – волновался он, – я уйду сразу, я не дурак, я пойму!

– Нет, нет, – улыбался Лоренц, – оставайся. Рассказывай дальше.

Чем больше он глядел на мальчишку, тем больше начинал тосковать по Катарине и неродившемуся ещё их ребёнку. Скоро и в моём доме будет бегать такой же весёлый мальчуган, думал он с улыбкой; надобно прежде научиться с ними общаться.

Один раз в Терновку привезли троих с лагеря; когда их расспрашивали о ранениях, те только огрызались и плевались. Олафу удалось выяснить, что они повздорили между собой, взяли своих приятелей и устроили крупную потасовку. Лечить знахаркам пришлось не только сломанные кости, но и вспоротые в мясо спины.

– Да что можно сказать… – одного из них привели к Лоренцу, который уже спал сидя, подложив грубые твёрдые подушки под шею и лопатки. – Отправляли разведку на восток, дошли до самого побережья.

По нашу сторону никого нет. В горы, конечно, особо не ходили, там ж совсем высоченные хребты стоят. Наши-то кони не пройдут, да и люди не обучены.

– В деревни заходили? – недовольно спросил Сиятельство. Силы уже появлялись – не столько, чтоб есть самому, но достаточно, чтобы не выглядеть умирающим при посторонних.

– Были в Кипрейке этой, – хмуро отозвался пехотинец. – Осматривали всё, что там с трупов осталось. Это были вольные разбойники, не армия… слишком уж на то похоже.

Десяток всадников, дорогое оружие, цветная одежда. Где ж вы видали, чтоб на захват шли таким составом, без толпы копейщиков? А по остальным деревням всё пока тихо. Ну, по тем, где трупы не находят.

– Как там настроения? – нахмурился Лоренц. Солдат вздохнул и опустил глаза.

– Паршиво, ВашСиятельство. Вас не винят, если вы об этом. Почитают весь десяток героями, спасшими деревенских. Но семья старосты носит траур, и вряд ли снимет его до конца зимы.