Кровные оковы

А остался бы тогда у нас, всё хорошо было б! – она недовольно хлопнула по кровати рукой. – Не вовремя это всё, ещё Её Благородие помирать собралась, у меня ребят не хватает… твоего молодчика ещё посмотрю, но ничего сверх раны в живот не вижу пока, – она открыла ему веки, посмотрела на лицо с разных сторон и зачем-то разомкнула его челюсти. За то время, что мертвец лежал на земле, выступающие части лица уже стали порядком объедены. Хорошо хоть запах хвои перебивает его аромат. – Много крови потерял… в руках ничего.

Вещи были при нём?

– Записка, – Лоренц задумался, – я не смог в ней ничего разобрать. То ли шифр, то ли их язык. Есть в Терновке умельцы? Хотя, – он поморщился, – она так перепачкана, что толком и не видно ничего.

– У нас – нет, – Марта глянула на него внимательно, – а вот в лагере вашем точно есть. Снарядите-ка туда посыльного. А, если хотите, можете подождать, пока фуражные офицеры доедут – должны уже через несколько дней. Среди командования многие фратейское наречие учили, смогут вам помочь.

– Хорошо… – пробормотал он, задумавшись, – спасибо… – жаль, что с собой в Кипрейку тогда взял только рядовых. Но, с другой стороны, разве кто из офицеров согласился бы ехать с таким неопытным командиром? Как там сказал тот верзила – нет ничего хуже ребёнка в командовании? А знал ли Лавр, интересно, язык; быть может, он понимал, о чём кричал его убийца перед тем, как пустить стрелу?..

Дверь распахнулась, и Марта, услышав звук, сразу накрыла тело простынёю.

На входе стояла та самая заплаканная девка, за ней вытягивали шеи несколько служанок потише.

– Что такое? – знахарка недовольно повернулась к ним. – Опять капризничает? Мы ей всё уж выдали, что могли, и теперь только…

– Говорит с Его Благородием Эваном, – прошептала служанка. Слёзы на её лице уже высохли. Она взглянула на Лоренца и потупила взгляд. – Мы позвали жреца. Помогите ей… уйти спокойнее.

– Ну как же, как же так, – заволновалась Марта, подбирая юбки. – Ваше Сиятельство, назначьте кого дежурить, чтоб никого не пускали, а я к болезной сейчас пойду.

Как освобожусь, так продолжу, вы извините уж, понимаете, какая оказия происходит. Кого ещё у нас зима унесёт… – пробормотала она, копошась у шкафа, – снег ещё не начался, а люди уже в лихорадке лежат…

Женщина промчалась мимо Лоренца, тихо переговорила с девкой на входе, и они всей толпой быстрым шагом направились к управе. Юноша потёр глаза. Марта сказала много полезного.