Милоа – спасители Эбери. Книга 2. Милоа-госпожа

Мы не навязываем какого-либо верования или поклонения, но у нас есть заветы — писания, где изложены законы морали и чести, которых все мы стремимся придерживаться. Многие становятся последователями Милоа, просто следуя заветам. Но некоторые выбирают для себя путь Милоа, — на секунду Лиша задумалась. — Этот путь начинается с удаления всех сведений о себе из общества, в котором ты вырос. Некоторые называют это уничтожением личной истории.

— Например? — пригубив напиток, спросила я.

— Например, тебе следует отказаться от чувства собственной важности.

Поэтому те из богачей, что приходят к нам, зачастую отдают все свое богатство. В широких кругах с Милоа чаще всего связывают историю о заблудших аристократах, которые, отчаявшись в собственном хаосе жизни, отдавали Милоа целые состояния, вступая в наши круги. Это немного не так. Все члены нашего общества встали на путь Милоа, а значит, у них не должно быть интереса к подобным вещам. Потому что, как только ты отрекаешься от своей позиции в обществе, от своего имени и своей истории, ты переходишь ко второй стадии — знакомству со смертью.

— Звучит устрашающе, — заинтересованно откликнулась я.

Лиша, кажется, была смущена тем, что говорила. Я могла ее понять. Было видно, что она не хочет навязывать или рекламировать ценности своего общества. И в то же время она как бы намекала на мое собственное положение — обладание огромной властью и богатством, от которых последователи Милоа отказывались на самых ранних этапах своего духовного пути.

— Смерть уравнивает всех, — произнесла девушка. — Неважно, насекомое это или благородная лошадь, крестьянин или аристократ — смерть всех ставит на одну планку живых существ, которым суждено умереть.

— Но у человека есть душа, которая живет вечно, — отметила я.

— Да, но душа слишком привязана к телу в этой конкретной жизни. А тело тленно, — тут же возразила Лиша. — Поэтому Милоа учится везде видеть свою смерть. Не в том смысле, что он видит во всем угрозу, а в том, что осознает, что она неминуема.

И живет соответственно этому.

— Это сложный путь. И сколько же вас таких? — решила уточнить я. Про себя же подумала, что, либо девушка многое не договаривает, либо она одна из тех святош, которые искренне следуют всем заветам и попросту не замечают гнилого изъяна внутри спелого на вид яблока. В то же время у меня промелькнула мысль, что, возможно, моя информация о Милоа была преподнесена однобоко, и я теперь сужу о них предвзято.