Исповедь убийцы

Да-а, лечение мужского бессилия тут явно в подарок! От созерцания такого всеобилия женской прелести у самого немощного воспрянет и с неделю стоять будет! Хотя, скорее всего, светилы медицины просто по себе судят – для них обнаженные тела дело обыденное. А вот я по первости то и дело искал укромненькое местечко, не зная куда деться со своим резко вставшим вопросом.

Ходят, значит, эти приходящие господа и смотрят… На полуголых барышень у кабинетов смотрят. На совершенно голых, трясущихся на каталке от страха и холода в ожидании завоза в операционную.

Каково вот приличным барышням терпеть подобное? Омерзительно до возмущения! Ну я и давай халаты-простынки тем барышням преподносить. Вскоре получил наистрожайший выговор за свою своевольную самодеятельность. Однако от случая к случаю продолжал давать возможность прикрывать стыд барышням - просящим и не очень.

Еще любил общаться с пациентиками. Просто так! О природе, о погоде. Скучно им тут, даже книги запрещены из-за все той же треклятой стерильности.

Лучше бы полы почаще мыли, да пыль в палатах вытирали, а то грязища несусветная! В свинарнике и то чище! Про коридор вообще молчу.

Вот, как-то раз иду я по тому самому коридору, операционную готовить и вдруг вижу - барышня стоит. Юная, нежная такая. Ночнушка на ней одно название, так сказать, платье со специальными отверстиями! Особнячком стоит и выставленную напоказ наготу изо всех сил прикрывает. Более проворные по уголкам разбежались, а этой, видать, места в укромной уголочке не хватило.

Стоит она на самом виду перед вожделенной публикой и чуть не плачет. Ну я снова не выдержал. Скинул с себя пиджачок и барышню в него закутал.

Дрогнула, голубые глаза на меня подняла, а в их бездонной глубине такая благодарность! Почтенно киваю, мол, миленький Мартин всегда к Вашим услугам, прелестнейшая! Улыбнулась. Румянцем смущенным залилась. А тут профессор Берекли легок на помине. Давай на меня орать благим матом, дескать, еще раз подобную самодеятельность учинишь - будешь все смены напролет в чем мать родила ходить! Барышня тотчас из пиджачка разоблачилась и мне отдала, робко извинившись перед моим добрым наставником.

Тот самодовольно хмыкнул, кабинет свой открыл и дал команду заходить по одной.

Тут же возле распахнутой настежь двери столпилась прятавшаяся по углам дамная публика, а моя барышня была откинута в самый конец.

Жалко мне ее стало, нестерпимо жалко! На вид девчонка небалованная, кроткая, вежливая такая.