О чём молчат рубины. Книга 2.

Вы готовы нами командовать, чтобы выполнить нужный манёвр? Или нам выбрать другого офицера?

- Я скомандую! – прохрипел Доминго, страшно оскалившись, – Я вами, мерзавцами, ещё так скомандую, что вам тошно будет! Ладно… На этот раз, ваша взяла… А ну, по местам стоять!!! С якоря сниматься!!!

Вот, что значит, морская дисциплина! Только что матросы голосовали против своего капитана, но услышав такую привычную команду, их словно ветром смело с носа корабля, и все разбежались по назначенным местам.

Доминго, кажется, взял себя в руки. Только побагровевшее лицо капитана выдавало бушевавшие в нём страсти. Подозреваю, весьма порочные страсти… И всё же, он идеально подвёл шебеку к причалу. Я же говорил, капитан нежно любил свой корабль и ни за что не позволил бы нанести ему вред.

Я заблаговременно нырнул в проём люка. Встал в углу, чтобы не мешать разгрузке и в то же время всегда быть наготове со своим бочонком пороха. На всякий случай, теперь у меня в руках было две свечи.

Перстень на пальце потеплел, но не пульсировал, не показывал, что есть явная опасность. Матросы, со страхом оглядываясь на меня, кажется, превзошли самих себя в скорости. Считанные минуты, и уже карета, лошади и прочие пожитки были на причале.

- Добро пожаловать за землю!.. – скривился капитан, заглядывая в люк.

- Чтобы ты шарахнул нам в спины картечью? – ответно усмехнулся я, – Нет-нет, я отплыву в море вместе с вами… А там уже и попрощаемся.

И с удовольствием увидел, как заскрежетал капитан зубами от злости.

- Попрощаемся… – задыхаясь, пообещал Доминго, – Навсегда!

- Надеюсь и в самом деле, больше не увидеть твоей хари! – не остался я в долгу.

Ко мне спустилась Катерина, заглянула мне в глаза своими огромными глазищами:

- Ты как?.

- Всё под контролем… – улыбнулся я и перешёл на шёпот, – А вот ты будь осторожна! Если пираты за нами погонятся, они будут нас искать… где?

- М-м-м… за городом?

- Правильно! Или в самом дальнем трактире. Ну, такая привычка у убегающих – убежать подальше. А ты, наоборот, поселись в центральной гостинице, возле рынка! Только распорядись, чтобы карету и лошадей в какой-нибудь сарай загнали.