Спецназ князя П.

Именно такой возраст и был у знаменитого рыльского старца, возродившего скит в селе Асмолово, и исцелившего духовно и физически большое количество русских людей… А может это при помощи таинственного перстня проявились у Боголепа неземные способности? – мелькнула мысль. – Вот и славно! Вот и обрела реликвия своего хранителя, который здесь на своем историческом месте будет ожидать «будущ пришельцев». И станет приносить своим служением помощь тысячам людей»…

«Плотники-хранители» проследовали за мной обратно в обитель, и принялись усердно постукивать молотками по крыльцу братского общежития.

То ли делая вид, что работают, то ли переговариваясь условными знаками.

По окончании предпраздничной утрени, по случаю грядущего праздника Сретения Господня[i], я не выходил больше за пределы монастырских стен, обдумывая свое невеселое положение. Вернее, размышляя, как выйти из сложившейся ситуации.

За этой мыслью и застал меня глубокой ночью тихий стук в дверь кельи, заставивший тревожно вздрогнуть и покрыться холодным потом.

Но, почти сразу же я взял себя в руки, устыдив свою совесть маловерием в Бога и боязнью скорой загробной встречи с Создателем.

«Если бы ко мне пришли монахи, то не стали бы стучать, а по известным общежительным правилам прочитали бы Иисусову молитву. Если за мной явились слуги воеводы, то тоже не стали бы предупреждать о своем приходе, а вломились бы в комнату силой», - трезво поразмышлял я и приоткрыл дверь.

На пороге возник массивный силуэт старшего дружинника Никиты.

-Отец, мы за тобой! Ты готов? - прошептал десятник.

«Готов ли я? Конечно. Что аскету собирать в дорогу? Только переодеться в свою гражданскую одежду».

Никита, заметив через приоткрытую дверь, что я пытаюсь облачиться в джинсы с кроссовками, подал в проем зимний кафтан дружинника, горластую шапку с отворотом и меховые сапоги:

-Слуги воеводины будут разыскивать беглого монаха, али чужака. Небось, дружинников хватать не станут?

Воинская одежда прекрасно подошла по размеру.

Сунув в широкий карман кафтана хранившиеся в келье предметы двадцать первого века, дабы не давать лишнего повода обвинить князя Прозоровского в дружбе с нечистой силой, я шагнул за порог.

Через пару минут мы с Никитой безшумно покинули братский корпус, направляясь к главным монастырским воротам.

-Никита, а где моя «охрана»? – заметил я отсутствие во дворе воеводских «плотников».