Спецназ князя П.

Мельница смерти

Очнулся я ранним утром на берегу Свапы, у сходен нашего походного струга. Тело била легкая дрожь. То ли от утренней речной прохлады, то ли так сказывались последствия ночного ранения. Я попытался поворошить руками и ногами и мне это благополучно удалось.

-Слава Богу! – стоявший рядом на коленопреклоненной молитве отец Киприан заметил мое барахтанье и прервал молитву. – Рады видеть тебя, отец, живым и почти здоровым.

-Очнулся, наконец, - громко вторил монаху бархатистый рокот старшего дружинника, и я невольно повернул голову на громовой звук.

Трое воинов сидели на корточках у костра, над которым дымился походный котелок с варевом. Заметив, что я наблюдаю за компанией сотоварищей, дружинники приветственно замахали руками:

-Как раз вовремя, отец Анатолий… Завтрак уже совсем готов…

Однако, среди кухаривших не было видно Степана.

- Отец Киприан, а со Степаном Никанорычем что? - спросил я монаха, вспомнив про печальные события прошедшей ночи.

-Все хорошо будет…. Скоро увидишь его… Ты голову поднять можешь? – рачительно поинтересовался духовный наставник, заботливо склонившись надо мной.

Я попробовал приподняться. Удалось без особых усилий. Лишь слегка подташнивало и в висках стучали мелкие молоточки. Ощупав пальцами затылок, пришел к выводу, что раны как таковые отсутствует. Лишь две крохотные точки на шее напоминали о ночной попытке злыдней лишить меня жизни.

-Все в порядке, - успокоил я своих сотоварищей, - чувствую себя прекрасно.

-Вот, и слава Богу, - Меленя воткнул около меня в песок три заструганные деревяшки и водрузил на них дымящийся котелок с вкусно пахнущим варевом. – А вот и твоя ложка…. Отец Киприан, благословите на принятие пищи …. На, сними пробу первым.

Я зачерпнул из котелка крутое варево, подув, сунул ложку в рот. Странная похлебка из корней и побегов дикой растительности, щедро приправленная дымом лесного костра.

-Слава Господу за хлеб наш насущный….

Перекрестясь, наша пятерка степенно принялась за трапезу, соблюдая старшинство и очередность, начиная с нашего духовного наставника. Ели все чинно, не торопясь, как и подобало по традиции того времени. Меня все подмывало спросить, что же стало с той изысканной провизией, которой нас щедро столь одарили в селе Сныткино, но нарушать торжественность застолья не стал.