Оловянное царство

– Ублюдочный Лодегранс… Твой выкормыш, Утер. Пёс укусил не одну руку, которая кормила его.

– Я потерял не меньше твоего, – брат огрызнулся. – Зимой по снегу к Стене снова явятся пикты – где я возьму средства и деньги на оборону и войско?

– Ты всегда выживал, как крыса в подвале. С тобой ничего не случится. Повелитель…

Утер заскрежетал зубами, но Вортигерн уже не смотрел на него. Он сел на место, подпёр подборок рукой, а взгляд его стал отсутствующим и далёким, будто сквозь пустоши вереска и тумана император прозревал вероломного Лодегранса в венце из черных игл касситерита.

– Сакс остаётся саксом.

– Что ты хочешь сказать?

Мысли Амброзия были рассеянны, точно мошки позднего лета. Лодегранс захватил оловянную шахту – зачем и какими силами, чего он добился, кто помог ему выкрасть карту подземных ходов, в конце концов – кто из его шайки умеет писать? «Сакс остаётся саксом». В его сердце внезапно похолодело. Да, Лодегранс и его свора – ублюдки, каких поискать, но Ровена ведь тоже из них.

Разве могла она, золотая Ровена, золотая пташка Повиса – предать? Нет, Вортигерн бы ей не сказал. И она не способна на это.

Император оскалился, точно пёс

– Ясное дело, это бретвальды. Чего проще. Они мстят за сестру. Вообще-то… Их даже можно понять, – Вортигерн произнес эти слова спокойно и мрачно, будто разрушенный брак нимало не беспокоил его. Олово и жена на весах шли в одну цену. – Они оскорбили меня. Я – их. Месть саксов была делом времени, но я не знал, что им известно так много.

Я думал, они захватят земли северней Кантия.

Император сжал кулаки.

– У этих ублюдков один стоит за другого горой, – хмуро добавил Утер. – Даром, что Хенгист и Лодегранс ненавидят друг друга, они оба саксы. А значит любой из нас – ты, я или Вортигерн – в их глазах мы не стоим почти ничего. Пока не вгоним топор им между лопатками.

Амброзий помнил, как он, Хенгист и Хорса пили мед на троих. Как им прислуживал Мирддин. Ему до сих пор не верилось, что саксы предали их, хотя все походило на это.

Они были верны, пока был союз. Союз распался. Осталось лишь два враждующих племени, и друг другу они ничего не обязаны.

– После пира, – Утер замялся. – После того… пира Лодегранс не ушел вместе со всеми. Он остался, прикинулся моим человеком – признаться, мы неплохо ладили с ним. На другой день я отослал его с приказом в форт Банна, а сегодня мы получили вот это. Грязный пройдоха.