Что я без тебя?

И не переживайте из-за дяди, — снова повторил он.

В комнату, будто услышав, что разговор окончен, вошел тот самый человек, что стоял за дверью. Маркиз что-то шепнул ему на ухо. — Еще раз благодарю, сударыня. Был рад знакомству, — произнес де Броссар, покидая комнату.

— Я сейчас вернусь за вами, госпожа Пелисье, — проговорил мужчина и выскользнул из кабинета. Александра осталась одна. Девушку отпустило напряжение последних дней, и она внезапно почувствовала себя очень уставшей. Ей уже были неинтересны ни бал, ни танцы, ни новые знакомства, безразлично, разгневается ли граф Мильонский.

Она даже не заметила, сколько просидела в тишине, прикрыв глаза, как ее осторожно тронули за плечо:

— Госпожа Пелисье, прошу вас.

Слуга маркиза, а это был он, стоял у кресла, в котором Александра, кажется, задремала. Он проводил девушку в зал. Звуки музыки и шум празднества оглушили ее, за несколько минут уже успевшую привыкнуть к тишине кабинета. Слуга подвел ее к дяде. Александра так и не узнала, что именно сказали тому о произошедшем, но граф был в приподнятом настроении и даже радостно улыбался племяннице.

— А вот и ты, дорогая! Пока ты отсутствовала, я успел переговорить с несколькими весьма перспективными молодыми людьми! Мне кажется, что тебе стоит с ними познакомиться! – и граф Мильонский преувеличенно бодро засмеялся. – Пойдем же! У нас еще столько дел!

О том, чтобы представить ее Сан-Монсальви, он, к большому облегчению Александры, кажется, забыл.

Глава 6. О том, как король удостоил герцога аудиенции, о которой тот не просил

Когда Александра очутилась в своей комнате, ей показалось, что день длился бесконечно.

Лица всех представленных ей молодых людей и тех, с кем знакомили ее саму, слились в одно, имена смешались, от танцев и разговоров болели ноги в новеньких туфлях, а голова раскалывалась. Она уснула, вероятно, даже до того, как служанка укрыла ее одеялом.

В столице Александра пробыла еще почти неделю. За это время она вдоволь наговорилась с Изабель, в красках пересказав ей все подробности встречи с высшим светом, по настоянию графини Мильонской заказала три новых туалета – дядя даже не позволил ей самой их оплатить, — поприсутствовала на приеме, устроенном родителями одного из тех молодых людей, коих представляли ей на балу, побывала на верховой прогулке и наконец, полная впечатлений от новых знакомств, выехала домой.

Еще из столицы она отправила Кристиану письмо с сообщением, что их план увенчался успехом, и теперь они могут вздохнуть спокойно.