Так горек мёд

Если же такой момент совпадёт с дежурством, то Тиану заменит другая фрейлина. Однако баронесса ныне так огорчила дочь, что та не стала задерживаться в её обществе и отправилась к принцессе со всей быстротой, которая только не оскорбила бы матушку.

Саму же старшую госпожу Кэрве не оставили в одиночестве в покоях её дочери. Пока баронесса прощалась с дочерью, камеристка поспешно убрала с глаз долой розовое ожерелье и брошенную хозяйкой шаль, а горничная встала у столика с оранжадом, всем своим видом показывая, что не отойдёт от гостьи ни на шаг.

Неруэ уже приходилось видеть такие взгляды, как у этой провинциалки: голодные, ненасытные даже. Если бы дамы завтракали вместе, после ухода баронессы горничная непременно пересчитала бы серебряные ложечки; но и теперь за старшей Кэрве стоило следить в оба глаза.

Лакрес Кэрве и хотела бы задержаться, чтобы перещупать портьеры и подушки, проверить, как мягки перины на кровати, пересмотреть содержимое гардеробной, но делать это под пристальными взглядами служанок не пожелала.

Уходя, она с такой алчной нежностью провела ладонью по дверной ручке в виде позолоченного пиона, что Неруэ почти всерьёз ожидала, что ручка исчезнет.

Тиана же поспешила в апартаменты принцессы, которая ещё только приступила к завтраку. Убедившись, что букеты сегодня ещё не меняли, фрейлина Кэрве посетила оранжерею, где и собрала понравившиеся ей растения. Тиана не очень разбиралась в правилах составления букетов, но принцесса пока не выказывала недовольства, и юная фрейлина смело сочетала ирисы и берграсс, астранцию и ажурные веточки переросшей спаржи, герберы и папоротник, пахнущий лесом.

Весь день в свите её высочества царило спокойствие. Ни сплетен, ни раздоров, никто не пытался Тиану уколоть, и ей стоило бы порадоваться, но отчего-то это спокойствие напомнило девушке затишье перед грозой. Душное, выжидающее, готовое в любой миг разорваться под шквалом и ударами молний, обрушиться ливнем на беззащитную землю. Предчувствия Тиану не обманули.

Около пяти часов пополудни её высочество пожелала прогуляться в садах.

В серебряной парче с дивной вышивкой синим и золотым шёлком, она грациозно плыла по галечным дорожкам, спускаясь по террасам к воде, и фрейлины вместе с прочими придворными дамами следовали за ней. Словно бросили в ручей охапку ярких цветов, и течение несло их к берегу Эпта. Тиана держалась позади, стараясь лишний раз не попадаться на глаза своей госпоже, надеясь, что на этот раз не она окажется в центре злой шутки.