Слуги

Кусок золота тогда помог ему, - он перенесся в глубокий тыл.

- В бою за Босфор ваш флот под командованием Поликсенита, советником которого был ты, я уничтожил. Пока Гефест и Ягве разбирались между собой, привыкший воровать огонь Икар, стянул у них десяток молний и передал их мне. Я лично топил твоих рабов, не пожелавших продать душу, твоих вассалов вешал на мачтах их же кораблей, они, как флаги, там болтались, пока суда их догорали и шли ко дну. Поликсенита посадили на кобылу задом наперед и, обмотав его запястья хвостом, прижгли ее, где надо…

- На суше, вспомни, Харри, кто помогал сыну Антиоха разбить твои ряды и осадить Перкам? Я сам короткий римский меч вонзил по рукоятку в двух визирей, замордовал трех прокураторов, а сотни три легионеров переколол копьем.

Их головы вам долго досаждали, разлагаясь; и выставил вам напоказ казненного предателя-эмира.

- Пустое. Чем кончил сын Антиоха? Он был закован в челн, шесть дней изнемогал от жажды, пока я прорубался к берегам Ефрата. Потом испил водицы вволю, когда пустили челн в стремнину и лучники явили нам свое искусство.

Их стрелы воспламенял огонь языческих богов, и судно, треща в огне, под дикий плач толпы, исчезло в речных струях. Ты упустил свой шанс, когда расстался с Гильгамешем. Об этом я ничего не знаю.

- Да, сделал я ошибку. Он был силен. В народе популярен был. Его просили одолеть гиганта Энкиду, которого из глины сотворили боги (для развлечений плотских, я думаю, его слепила Аруру), а тот был весельчак, ходок и хулиган. Всех ассирийцев и шумеров разогнал.

Но Гильгамеш смекнул: такого парня не побороть без козней. И пригласил к себе, в гарем дворца. Хе-хе, кабы он знал, что через сутки истукан начнет отлавливать рабынь, блудниц и даже жен сановников по улицам столицы. Пришлось идти на бой. Ты не поверишь, три дня они вгоняли друг друга в землю, чуть не по пояс. Потом устали, пить захотели… вот тут-то я с вином. Враз погреб царский осушили и подружились, горланили похабные песни и спали обнявшись.

- Я слышал, то не простая была дружба.

Тот полубог был близок нам, он был из падших.

- Еще бы, нет греха, которого он избежал. Иначе как его купить? – и Серафим печально улыбнулся, вспоминая и свои проделки, и то, что вытворяли полубоги, и совместные кутежи.

- Так почему же он исчез?

- Боялся смерти. Когда его болван забрался спьяну в царство мертвых за игровым мячом, его уже не отпустила стража. Но Гильгамеш имел подход к потешным их богам, и те позволили ему поговорить с приятелем… с его душой.