Тусклый Свет Фонарей

Я поднял голову и встретился взглядом с Маранчех. В тот день она вернулась в Варрмджо с вестью о том, что эпидемия закончилась, и её отпустили домой, вручив послание для меня. В свитке, что она привезла мне, содержался приказ возвращаться в столицу, потому что новый император отменил распоряжение своего брата и все выжившие маги призывались обратно в Цзиньгуанди до дальнейших распоряжений.

Рад ли я был этому? Несомненно. Пускай я и привык к диковатым, хотя и славным людям провинции Сян, хоть и сумел приспособиться к изнуряющей жаре и затяжным дождям, я никогда бы не почувствовал себя там на своем месте, так, как это было в Цзыцзине или хотя бы в Цзиньгуане, где я прожил половину своей тогдашней жизни.

Да и прозябание в глуши на краю империи никак не казалось мне достойным исходом тяжкого многолетнего обучения магии. Несомненно, я был рад возвращению в родные края. Только одно печалило мою душу…

Я задержался всего на три дня ради праздника Драконьих Лодок[5], который в этих местах особенно любили.

И катался на украшенной лентами лодке с Маранчех, которой в тот год исполнилось девятнадцать лет, но так и не решился ей сказать того, что висело на языке и давно уже камнем лежало на сердце.

На следующий день она и её младший брат, дабы проводить меня, выехали вместе со мной в путь до Лисэчанши. Маранчех поначалу не хотела ехать, но я напомнил ей о её обещании, и, рассмеявшись, она согласилась. Через пять или шесть дней пути на быстрых скакунах клана Эшинбуйя мы добрались до города.

А следующим утром ценой неимоверных трудов нам удалось отыскать скверно выглядящего и дурно пахнущего старика, который единственный согласился довезти нас на своей лодчонке до руин Сянха.

Сянха был городом поистине загадочным. Он возник как столица Наньфань примерно за сотню лет до Бпрасада, в незапамятные времена, и теперь уж никто не может наверняка сказать, что означает это название.

Одни говорят, что значит оно «Синяя река», другие – что «Шёлковая река», кто-то говорит про пять деревень, что слились в город, но истины теперь уж не знает никто.

Сначала, как гласят легенды, городок расположился у самого берега Рассветного моря. Его жители ловили рыбу, ныряли за жемчугом и кораллами, и, ходили слухи, будто доплывали аж до острова Хишимы, потому что тогда ещё его и большую землю разделял совсем небольшой пролив.