Тусклый Свет Фонарей

Роман в рамках мира был написан Мэн Байфэном в 764-м году, когда ему самому было уже тридцать пять лет, охватывая около десяти лет его жизни. Имитация автобиогоафического романа, написанного в средневековье, находит своё отражение в стилистике текста, и я искренне надеюсь, что читателей она не оттолкнет, поскольку, по моим наблюдениям, со временем к ней привыкаешь.

Изначально такая книга упоминалась мной в дополнительных материалах по миру Аридууны, но была лишена собственного содержания. Однако я давно уже задумывалась о создании романа в стиле классических китайских историй и в какой-то момент решила воспользоваться именно этой заготовкой для создания полноценного художественного произведения.

Так вот и начался мой первый подобный эксперимент.

Написан роман был под вдохновением от китайских легенд и историй о сверхъестественном. Такие истории в Японии называли кайданами. То же самое слово по-китайски звучит как guàitán и переводится как «беседы о сверхъестественном», «истории о призраках», «рассуждения о необычном».

В Китае этот жанр назывался чжигуай (志怪), что дословно переводится как «записи о необыкновенных явлениях». Жанр зародился ещё во времена империи Хань (206 до н. э. – 220 н. э.), но развивался и в дальнейшем, особенно в эпоху династии Тан (618 – 907 н. э.). И, пожалуй, одно из самых известных произведений в этом жанре сборник Гань Бао «Записки о поисках духов» начала IV-го века нашей эры. Другое знаменитое произведение было создано значительно позже – уже на рубеже семнадцатого и восемнадцатого веков при династиях Мин и Цин Пу Сунлином («Описание чудесного из кабинета Ляо»).

Помимо этого, я вдохновлялась одним из любимых моих китайских фильмов - "История китайских призраков" 1987-го года, который отлично передает атмосферу и данного моего произведения. Были, разумеется, и другие источники, от книг до компьютерных игр, но, пожалуй, я не буду сейчас останавливаться на этом подробно, а расскажу в другом месте и в другое время.

Напоследок скажу лишь, что мифология и магия в данном романе авторские, но базировались, разумеется, на реальных китайских традициях, поэтому даже в вымышленных образах божеств и существ вполне угадываются их реальные прототипы.

Я не ставила себе цель просто окольно, упростив себе задачу, наваять псевдоисторическое фэнтези, задумка была куда изощреннее, и в "Тусклом свете фонарей", в отличие от прошлого цикла, она просматривается куда отчётливее.