Превзойти себя самого. Том 1

Жизнь её, словно затухающее пламя свечи, постепенно теряла свет и тепло, и чем дальше Лу Цайхуа двигалась к цели, тем сильнее ощущала окружающий мрак.

Прямо на глазах разверзалась бездна отчаяния, обещая лишить девушку жизни, утянуть в небытие всё то, что она так отчаянно любит. Демоны не будут ждать, пока Цайхуа станет сильнее. Если повезёт, она успеет овладеть духовным оружием прежде, чем мир погрузится в пучину войны. Сможет ли она защитить Юньчжи и наставника — зависит лишь от неё.

Беспечное детство просочилось сквозь пальцы, утекло вместе со временем, забрав с собой и её спокойную жизнь.

Всё вокруг изменилось. Изменилась и сама Цайхуа. Теперь, с пером судьбы в своих руках, она ответственно пишет историю своего ближайшего будущего.

Проснувшись, девушка не сразу открыла глаза. Хотелось вернуться в бессознательный мир, чтобы снова, хотя бы на миг, увидеть улыбки любимых людей. Но остатки видений бесследно исчезли, точно истаявший снег на горячей ладони. Струны души отозвались печальной мелодией, и девушка вдруг остро ощутила одиночество.

Лишённая всякой поддержки, чужая для всех в этом месте, теперь она могла рассчитывать лишь на себя. И от осознания этого становилось необычайно тоскливо.

Стояла глубокая ночь. Холодные жемчужины звёзд в беспорядке рассыпались по небесному куполу. Тревожное мерцание их затмевала луна. Необычайно огромная, словно сияющий лик божества, своим призрачным светом она разгоняла полуночный мрак. Лес казался безжизненным. Укрытый ночным покрывалом, он заснул мёртвым сном.

Цайхуа поёжилась. С каждым выдохом из лёгких вырывались облачка тёплого пара. Их сразу же вбирала в себя ненасытная тьма. Привстав, девушка наткнулась ладонью на холщовый мешочек, забытый кем-то в мокрой траве, и без особого интереса ощупала его содержимое: какие-то склянки. Наверняка Шанъяо обронил, и теперь хорошо бы вернуть их ему. Кстати, куда он мог подеваться? Особенно не рассчитывая на скорое появление юноши, она окликнула его. Как и ожидалось, зов её безответно потонул в полуночной мгле.

Собственный голос вдруг показался чужим, словно блёклая тень, что отделилась от тела. И всё вокруг, будто во сне, стало таким неестественным, расплывчатым, зыбким, что Цайхуа на миг засомневалась: а существую ли я? Помотав головой, она прогнала наваждение. Раз уж спать ей больше не хочется, следует продолжить путь.

Продираясь сквозь буйные заросли, Лу Цайхуа теперь кожей ощущала потоки светлой энергии.