Последнее представление

На той же речке им встретилась мельница; Марк, вздохнув, взял денег и отправился внутрь. Обратно он вышел с ощипанной куриной тушкой.

На второй день травяных горьких настоев жар наконец-то начал спадать. Ноги всё ещё горели, да и кашель не пропал никуда. Но хотя бы просто лежать было уже не так больно. В городок они заезжать не стали – объехали по краю и двинулись дальше. Марк никому не уступал место возничего, и очень нахваливал Мяту, её покорность и знание команд. По части дисциплины Ромашка с ней ни в какое сравнение не шла.

Когда на следующие сутки Фаусту стало легче настолько, что он больше не задыхался в кашле после каждой произнесённой фразы, он наконец вылез из-под своих одеял и велел Гнею достать дневник. Там немного было написано, только про первые две деревушки – да и то не полностью. Когда мастера прочитали записи, он, то и дело прерываясь на свой горький чай, принялся рассказывать дальше. На медвежьей княжне Марк не смог сдержать изумления – он сразу вспомнил, кто это такая.

А, как только рассказ дошёл до столичных музыкантов и прогулок с девчонкой, Корнелия засопела недовольно, но вида не подала.

– Так значит, у нас не совпадают праздники в честь начала новой луны… и надо было поспешить, – вздохнул Марк. – Кто ж знал? Если б были все вместе в городе, то, верно, всё было б хорошо.

Фауст грустно кивнул, укутавшись в покрывало. Он продолжил рассказ – про внезапный караул с утра, про неделю в темнице. Про охранника, который, казалось, один в городе отнёсся к нему, как к человеку, про бунтарей на улицах и про сегодняшнее утро.

Единственное, о чём он не стал рассказывать – так это про его видения, которые терзали его днём и ночью.

– Прямо за мной обрушились горящие балконы на проезд, – закончил наконец он, – я слышал, что он командовал обойти площадь другими дорогами, но, похоже, задержался из-за паникующей толпы. Я потому так и торопился, – едва слышно добавил Фауст, – не знал, когда нагонят… и что будет после.

Корнелия положила ладонь на его руку.

– Теперь всё хорошо, – тихо ответила она, – ты в безопасности. Ещё немного, и мы пересечём мост. Там тебя точно никто не достанет.

Он кивнул чуть заметно. Марк снова полез менять лошадей для отдыху, Гней занял тёплый медвежий мех и задремал, а Корнелия опёрлась тихонечко на его плечо и замолчала. Фауст думал о том, что его ждёт дальше. Он понимал, что последствия сегодняшнего дня будут не только у раненых жителей Ивкальга.