Приют изгоев

Батен смотрел на них и ничего не понимал. Неужели его простой вопрос вызвал эту вакханалию веселья? Ну да, конечно, для них рыбьи яйца не могли быть таким уж деликатесом, это естественно ― они ведь поморники, и рыба во всех проявлениях для них была пищей обыкновенной. Тогда как в Империи она стоила приличные деньги и позволить себе те же рыбьи яйца мог далеко не каждый и далеко не каждый день. Что же тут смешного, если он был удивлен, обнаружив столь редкий деликатес в будничном ужине простых золотарей? Не заржал же он, увидав золотарей в шелках! Хотя смех вышел бы горьким: у вас золотари в шелках, а у меня ― рваные поддевки от деда…

― Ну ты насмешил, парень, ― отсмеявшись, сквозь не унимающуюся медвежью икоту, проговорил, наконец, Волантис.

― Это они так у себя на Плато икру называют, ― весело пояснил Грус. ― Я от тамошних торгашей слышал. Вроде как рыбы яйца откладывают, на манер птиц или там драконов… ― и он опять засмеялся, на сей раз просто, без эха.

― А между прочим, они не так уж и не правы, ― вполне серьезно сказал Мергус. ― Яйцами, если уж на то пошло, икра по сути и является. Все то же самое оболочка, зародыш, питательная среда. Любой зародыш ― суть яйцо. Даже говорят так «аб ово», «из яйца», значит.

― Это по-каковски? ― полюбопытствовал Грус.

― А кто его знает, ― пожал плечами Мергус. ― Это я от Арканастра слышал.

― А-а-а, ― протянул Грус и замолчал.

― Эй, кто тут поминает Аркнастра к ночи! ― прикрикнул на них Волантис. ― Посмеялись, и будя. Спать уж пора, а мы еще не поужинали.

Доужиновали в молчании. Батен старался есть скромно. Хотя лепешку с деликатесной «икрой» он умял с огромным аппетитом, но от добавки, предложенной Грусом, все же отказался. Зато с удовольствием съел несколько кусков похожей на мясо пропеченной в овощах рыбы. Вкус ее был необычен, но прян и вызывал желание есть еще и еще.

Сразу после ужина, остатки которого употребил Тхор, Мергус стал укладываться спать, а золотари вышли подышать свежим воздухом.

За порогом пещерки оказалось узкая, не шире полуярда площадка-карниз, незаметно переходящая в наклонную тропинку. Вверх и вниз вдоль карниза стены в камень были вбиты металлические колышки с кольцами, сквозь которые была протянута тонкая бечевка. Концы ее уходили в обе стороны и исчезали в сгустившемся полумраке.