Приют изгоев

Стены обшиты панелями из светлой слоенки, темная слоенка служила полом, с потолка свисала стеклянная лампа в шелковой оплетке, заправленная прозрачным желтоватым маслом — Батен не отказался бы повесить такую в своей шеатской гостиной. Но все равно, складывалось впечатление, что здесь не столько живут, сколько хранят вещи или скрываются от непогоды.

Мама Инди подошла к шкафу, занимавшему целиком одну стен, и показала, что где находится:

— Сюда кладите сюда вещи, это будут ваши полки. А тут берите гамаки и одеяла.

Эйли деловито занялась обустройством. Она вытащила из ниши четыре гамака, столько же пухлых и легких одеял, поставила на освободившиеся полки сумки; Батену она велела взять одеяла, сама подхватила гамаки и пошла впереди него на веранду. Там она ловко натянула между стойками гамаки, кинула в каждый по одеялу и сочла поселение обеспеченным.

Батен печально огляделся.

Вот он и прибыл на свои галеры.

7. ОТМЕЛИ (продолжение)

Восемнадцатый квадрат был стандартным, размером чуть меньше мили, в трех из четырех его делянок сейчас работали люди на своих чудовищных трепалках; четвертая была пуста.

— Вот здесь мы и будем работать, — пояснила Эйли.

— Тебя, кажется, привлекли к готовке...

— Ну и что? — сказала Эйли тоном этакой умудренной женщиной. — Эта делянка — на три доли. Кратерис и Форнакс получают по доле, третью делим мы с тобой.

Батен посмотрел на нее с удивлением.

— А ты как думал? — продолжала Эйли. — Может ты и считаешь, что несправедливо по отношению к тебе, но ты ведь чужак, и ничего не умеешь, так ведь?

Батен невесело усмехнулся.

— Поэтому ты будешь работать как все, а получать вдвое меньше, — закончила Эйли. — А я буду помогать тебе, помогать поварихе и учить тебя уму-разуму.

— Я выгляжу таким дураком?

— Нет, — честно призналась Эйли. — Но ты с Плато, тебе надо привыкать.

— Это мне уже говорили, — вздохнул Батен.

Они прошли по гребню перемычки, ограждающей делянку, и остановились на перекрестке пересечения разделяющих наделы стенок.

— Это и есть ушки? — спросил Батен, показывая на полощущиеся по воде лопушиные листья.

Эйли кивнула.

— А мы должны их трепать? — спросил Батен.

— Ага.

— И что это значит?

Вместо ответа Эйли, как была в одежде, прыгнула в воду; ей было по пояс.

— Прыгай сюда. Я все тебе расскажу.

Батен прыгнул; вода была очень теплой и какой-то густой.

— Вот это ушки, — повторила Эйли. — Это такой моллюск.