Остров жизни

лово дал! – вероятно, по инерции выпалил Пепин, потрясывая не особенно-то смахивающими на оружие граблями.

В сравнении с прошлым разом, Зое повезло, но всё ж таки не особенно.

«Олово. Лилово. Улова. Что?»

– Чрезвычайно интересно, – по достоинству оценила содержательность сказанного она. – И что здесь произошло?

– А ничего не произошло, – выпалил пастух, ненароком позволив Зое вблизи «разглядеть» пару жёлтых листьев на зубьях. – Он в нору вошёл и тут же вышел, будто кипятком кто там ошпарил. Собирается теперь вот… Это у тебя что… Кровь?

Спешно впитывающая весьма неожиданные новости, Зое далеко не сразу постигла значение последней фразы.

Моргнула. Открыла рот, но, так и не успев понять, что собирается сказать, передумала. Всмотревшись в спешно сереющее лицо, девушка, наконец, проследила за взглядом.

– Кро… а-а, – оттянула она просторный рукав, – ничего такого. Дезири родила. Девочка. Надией назвали.

– Род-дила, – повторил юноша, совершенно уподобляясь неспелому томату. – Я… я сейчас.

Зажав рот, Пенин спешно скрылся в кустарнике, откуда вскоре донеслись звуки не особенно приятные.

«Ещё один. Ну родила, и что такого?.. Мне вон тяжёлый разговор предстоит, и ничего. Держусь же. Можно, кстати, ещё поспорить, что сложнее».

Наклонившись, Зое подобрала вдруг ставшие ненужными грабли:

– Хоть Агнис верну. Дельная ж вещ!

Люди буквально ходили друг у друга по головам и безустанно работали локтями, что, конечно, мало кого могло прельстить. Не продираясь сквозь столпотворение, как она уже пыталась делать, а всё больше обходя вдоль воды[3], Зоя вскоре вышла в первые ряды.

«Что такое?! – от удивления она чуть было не забыла про позаимствованное орудие. – Вот этого я никак не ожидала!»

Зрелище, ей открывшееся, стоило того, чтобы его описали. Толпа, полная претензий, но ещё не определившаяся каких, и что она в связи с этим должна делать. В неровном жёлтом свете сразу двое подступились к лошади благороднейшего рыцаря. Нежелающая мириться с течением лет всё та же пара. Повиснув на шее могучего животного, не уступающий в упрямстве мельник пытался прижать крупную голову к земле.

Отец, которому всегда нужно было больше всех, безвольно болтался в воздухе и, кстати, небезрезультатно.

Сообразив что к чему чуть быстрее прочих, Гай попытался зайти сзади, но лошадь свыше всего прочего ещё и норовила лягнуть.

– Да это же дракон! Вы не понимаете? Настоящий дракон! – ревел не хуже мужика сэр Буд и, найдя Бриса наиболее опасным, целился тому прямёхонько в лоб.