Артистка

— Помоги мне, — проговорила Бернадетт, вцепляясь в его пиджак. — Вместе мы сможем убежать.

— Я не могу ослушаться хозяев, — виновато покачал головой Стефан, и в следующую секунду дверь скрипнула, выпуская их в зал, где и начался злосчастный ужин.

Мелодия на пластинке закончилась, и теперь из проигрывателя раздавался только стрекот и шуршание. Матильда и Гийом сидели на диване, потягивая вино, словно никуда и не уходили. Только безупречная прическа хозяйки дома немного растрепалась.

— А вот и десерт, — проговорила Матильда, хлопая в ладоши.

Бернадетт попыталась вырваться, выкрутиться из хватки Стефана, но великан крепко прижал к себе девушку одной рукой, так, что ее ноги болтались в воздухе. Пара секунд — и легкие стало жечь от нехватки воздуха, а голова закружилась. Стефан же невозмутимо снимал с девушки браслеты и серьги.

— Нет, пожалуйста! Пожалуйста, отпустите, — бормотала она, чувствуя, как к горлу подступают слезы.

— О, милая, — Матильда подошла ближе и провела пальцами по бледным щекам Бернадетт, размазывая смешавшиеся с тушью слезы.

Уж что, а плакать Бернадетт умела. Она могла тихо всхлипывать, а могла и реветь навзрыд, давясь и захлебываясь. И вот, теперь у нее появился шанс продемонстрировать свой актерский талант во всей красе. Она задрожала всем телом, тяжело задышала и принялась рыдать. Матильда в ужасе отступила назад и беспомощно посмотрела на мужа.

— Милый, я это не буду, — она ткнула пальцем в пленницу.

— Стефан, поставь ее, пусть успокоится, — пожал плечами Гийом.

Как только ступни коснулись пола, Бернадетт рухнула и открылась лицом в ковер, продолжая давиться слезами.

— Ну вот, теперь она ещё и пыльная. Да успокойте же ее! — всплеснула руками хозяйка дома.

— Стефан, — щёлкнул пальцами Гийом. Великан опустился на колено и, склонившись к Бернадетт, пробасил.

— Мадемуазель, не бойтесь. Вам не будет больно, до вас здесь было множество других.

— Ты идиот?! — взвизгнула Матильда, пока Бернадетт, набрав в лёгкие побольше воздуха, принялась выть с новой силой. Женщина закатила глаза, пригласила волосы, а затем, плеснув вина, махнула рукой, отгоняя мужчин в стороны.

Она изящно поправила подол и села на пол рядом с Бернадетт, ласково потрепала ее по плечу. Девушка, казалось, выплакала всю воду из своего тела, и теперь только шмыгала носом и искала.