Ростки под гнётом

Она водила взглядом по его волосам, что были короче, чем у его спутницы, и спросила:

– Откуда эти статуи?

– Никто не знает, – с досадой произнесла Елена. – Ходят слухи, что их откопали где-то в подземелье, и поместили здесь. У нас не было ни единого образа Отца и Матери, и кто-то решил, что… Пускай они выглядят так. И поставил эти статуи здесь. Все это случилось задолго до моего рождения. А мне не хочется их отсюда убирать. Кажется, что именно так они и выглядели когда-то… Хотелось бы верить.

– У него были темные волосы… – внезапно произнесла София, вглядываясь в каменное лицо мужчины.

– Его глаза были словно два подземных озера… Глубокие, красивые и будто светящиеся изнутри… Он был очень силен и могущественен.

– Кто – он? – спросила Елена.

– Тот, кого изобразил скульптор в этой статуе, – пожала плечами София.

– Как думаешь, он мог бы быть Отцом? – раздался тихий голос помещицы в большом зале.

Все так же пожимая плечами, ведающая ей улыбнулась улыбкой, полной тепла и доброты, от которой в душе Помещицы словно настал погожий весенний день.

Глава 4. Ростки восходят. Часть 1.

Пальцев княгини коснулся холодный, пробирающий до костей холод. Изо рта ее валил пар, поднимаясь и растворяясь в ночном воздухе. До ушей доносился свист ветра сквозь заколоченные доски на просторных окнах приемного зала. Перед ее взором кружились редкие снежинки, искрясь и переливаясь серебром в ярком свете двух лун. Елена подошла ближе к окну и взглянула наружу сквозь небольшую щелочку, подняв взгляд наверх. Крупный ровный диск Месяца плавно исчезал с неба, словно закрываясь от земли чьим-то круглым щитом.

Стремительно и резво двигался невидимый серп по поверхности луны, закрывая ее от взгляда человеческого, пока та не скрылась во тьме ночной, оставив лишь сверкающие звезды на небесном полотне, да необычное сияние, что искрящимися бирюзовыми волнами простилалось к самому горизонту.

До ушей донесся приглушенный треск. Его принес ветер. Словно горные вершины раскололись надвое, и сама ночь разнесла весть об их скорой гибели до людей.

Елена обвела тревожным взглядом небо. Она застыла в немом ужасе, наблюдая за тем, как оставшаяся на небосклоне Фатта раскалывалась на части. От луны отделилась треть и повисла в воздухе. Оставшаяся же часть неотвратимо надвигалась на Чёрный замок. В зале воцарилась тишина, предвестница ужасной бури, после которой едва ли останутся люди. Осколок Фатты с каждым мгновением приближался. Стихли ночные птахи, умолкли в своем шелесте деревья.