Лица и маски

По роскошной ковровой дорожке, раскатываемой шустрыми малолетними прислужниками  и делившей залу пополам от широкой двери, шел мальчишка-церемониймейстер, зычно провозглашая:

― Встречайте Короля, дамы и господа! Дамы и господа, встречайте Короля!

Гости поспешно, не разбирая чинов, сгрудились вдоль дорожки. Временные подданные потешного Короля замка Арафы жаждали увидеть своего монарха. Все без исключения с одинаковым интересом: те, кто впервые присутствовал на церемонии, в поисках впечатлений, о которых потом можно будет вспоминать; более опытные и искушенные в нетерпеливом ожидании, что еще новенького придумал для них хозяин Арафы.

Многие бросали взгляды на занавешенную ложу над дверью, из которой, как утверждали, за церемонией наблюдали сам Император и члены его семьи. 

Кастер усмехнулся. Много всякого говорили о Дне-не-в-счет в Арафе, хотя, кажется, толком никто не знал вообще, зачем нужна вся эта шутовская церемония. У Кастера было свое личное мнение на сей счет, но его никто не спрашивал.

Помощник церемониймейстера дошел до конца дорожки, развернулся и трижды выкрикнул:

― Король идет! Дамы и господа, идет Король!

Подданные ровняли строй. По дорожке, волоча огромную корзину с ландышами и крокусами и разбрасываясь в окружающих цветами, пробежали две босоногие девчушки в золотистых туниках с золотой пудрой в пышных волосах; добежав до установленного в конце дорожки трона, пока еще накрытого парчовым покрывалом, они вывалили остаток цветов к подножию и поспешно скрылись где-то в кулуарах.

― Дамы и господа! ― торжественно возопил юный церемониймейстер. ― Приветствуем Короля!

Дамы дружно присели в реверансе, господа склонились в поклоне ― и те и другие одинаково скосили глаза на двери, из которых уже появился Король. 

Опережая взгляды, по рядам пронесся шепоток: «Кто, кто?», а вослед уже летел ответ: «Чиновник из Мытни!». Услыхав это, Кастер поддался общему порыву, тоже вытянул шею и увидел знакомое лицо. Да, это был тот самый невозмутимый чиновник, с помощью простой линейки отбивший атаку настырной дамы с «сумочкой».

 Но как он сейчас выглядел! Его атлетическую, хотя и чуть грузную фигуру облегал идеально белый, без каких-либо вышивок или иных портновских ухищрений, атласный костюм; на ногах его были белые шелковые туфли, украшенные живыми алыми розами; ажурную корону его обвивал венок из живых ромашек и васильков; на плечах его лежал длинный плащ, сотканный из живых фиалок, который несли за ним шесть юных пажей.