Через Суть Сердца. Книга 1. Апокалипсис

Тогда я достала одну из банок для скверны, поставила её на скамью и попыталась надрезать кожу рядом с раной. Алая струйка мёртвой крови медленно потекла в сосуд. Я погрузила шпатель в надрез, который только что сделала, и раскрыла его, пытаясь что-нибудь рассмотреть.

— Что вы делаете, принцесса? — с ужасом спросила одна из знахарок.

Карин обернулась, приготовившись что-то сказать женщине, но я опередила её:

— Кто-то из вас осматривал рану Сэра Дардиона?

— Да, — ответила другая женщина, которую привлёк голос первой, и с пониманием подождала, пока я достану лист пергамента и перо.

— Когда мы промыли рану… — лекарка старалась говорить спокойно, но это ей это совсем не удавалось, — обнаружилось, что кожа вокруг… неё потемнела, и кровь… очень быстро… перестала течь. — Её голос дрожал и срывался, она периодически делала глубокий судорожный вдох и совершенно не смотрела в сторону тела на скамье. — Мы не смогли… ничего сделать. — Женщина виновато всхлипнула. — Могу сказать… он чувствовал боль до самого… конца, — проговорила она и замолкла, скривившись от сожаления.

— Спасибо тебе, — произнесла я, сделав необходимые заметки. — Это очень поможет мне. — Я сама не знала, соврала я, или нет, но лекарка не должна чувствовать себя бесполезной.

— Мы все должны внести свой вклад, — ответила она, приклонив голову.

Это были мои слова, которые отец выделил, выступая перед своими подданными, когда я вместе с Сэром Дардионом начала изучать мор. Он ставил меня в пример потому, что королевская особа, принцесса, не должна была покидать крепость в такое неспокойное время и тем более заниматься таким опасным делом, но я делала это вопреки воле родителей.

Отец сказал, что раз он не может переубедить меня, то постарается защитить, и выделил мне личный отряд гвардейцев, которые охраняли нас с дочерью военачальника. Большую часть времени они, конечно, прохлаждались вместе с Карин, но сегодня мои воины первыми заметили выходящих из леса дедров и составили главную силу защиты деревни.

Перечитав свои записи, я дополнила их тем, что узнала от Ракдара, а также описанием раны на мёртвом теле Сэра Дардиона.

Крестьянка поклонилась и вернулась к раненым, поняв, что больше не нужна мне. Первая же женщина всё ещё с ужасом глазела, осуждая меня и мои действия.

— Если ты закончила, может лучше спрятать рану твоего учителя? — шепнула Карин, нагнувшись ко мне.

Я вздрогнула от звука её голоса. Девушка раньше никогда не бывала рядом со мной во время работы с наставником.