Через Суть Сердца. Книга 1. Апокалипсис

— Пойду, потренируюсь с отцом, — холодно произнесла Карин и очень плавным, почти ленивым движением, вернулась в оружейную.

Я так и осталась смотреть ей вслед, совершенно сбитая с толку. Ещё вчера всё было нормально — или уже не было? После того, как девушка охраняла меня ночью, а затем сдала меня отцу, я не видела свою телохранительницу весь день. Что-то случилось за это время? Или Карин думает, что я держу обиду на неё за то, что она подчинилась королю?

— Простите, — пролепетала Айель.

— Что? — удивилась я.

— Ну, Леди Тешер злится из-за того, что вы проводите столько времени со мной?

— Вздор! — Я улыбнулась насколько могла искренне. — Давай продолжим с выпадами.

***

Колба оказалась внутри подушки Вайенти. Он спрятал её, пока я не видела? Или это сделал кто-то другой? Пропажу обнаружила Айель, когда прибиралась в моём кабинете после того, как я, разбушевавшись в очередном поиске, раскидала абсолютно все вещи в каждой комнате лаборатории, включая малую варочную, в которой хранились самые ценные снадобья.

В растрёпанных чувствах я даже разбила пару бутылок. Глаза заслезились от поднявшихся паров, и это поумерило мой пыл. Я расплакалась, позволив себе выпустить оставшуюся истерику наружу.

Айель всё это время была возле меня, не позволяя мне навредить себе. Обычно это делала Карин, и мне было ещё обиднее от того, что воительница меня покинула. Мы были слишком разными, чтобы делить все занятия вместе. Айель в этом плане была больше похожа на меня. А значит, будет более сговорчивой.

— Уходи, — сказала я ей.

— Но госпожа…

— Это приказ, — жёстко добавила я.

Девушка колебалась, осматривая комнату и пытаясь найти причину, чтобы остаться. Но причин не было — крупные дедры мертвы, то есть мне никто не навредит; беспорядок не настолько критичен, чтобы его убирала моя первая ученица; а дневники покоятся у Айель в сумке, значит я их не уничтожу. Весомым было только моё состояние, но я много раз работала в своём кабинете одна и ничего не случалось.

А последнее, за что могла бы ухватиться девушка, её поддержка, мне не нужна. Айель уже и так сделала что смогла.

Вздохнув, она поклонилась мне и вышла. Слёзы так и лились из моих глаз то ли от отчаяния, то ли от едких снадобий. Я старалась не прикасаться к лицу, чтобы не сделать ещё хуже, и вся комната тонула в солёном море, застилающим мой взор. Но глаза хотя бы больше не жгло.

Я взяла колбу и, не переставая всхлипывать, занесла над ней молоток.