Символы власти: Распад

Будущее представлялось ему белым пятном, за которым находилась лишь неизвестность. Иногда накрывала ностальгия, острое чувство, что все потеряно. Тогда граф впадал в состояние неконтролируемой ярости и бессилия. Он уходил, закрывался в кабинете и подолгу терзал себя размышлениями о том, как можно было поступить иначе.

Предстояло похоронить генерала Ашхена, а также король вернул им тело Серафии и ее маленькой дочери. Церемония сопровождалась как никогда гнетущей атмосферой. Герцогини Зелатроф не было, присутствовала Обилина, но совсем посеревшая, практически не говорившая.

Потом наступил страшный момент. Момент отречения.

Текст прислали из дворца. Балдрон сидел дома за столом, смотрел на бумагу, застыв с пером в руках. Давление пульсировало в голове. С трудом преодолимое желание разорвать документ он подавлял лишь мыслями, что это означает мир и конец смертям.

- Дорогой, - жена мягко коснулась его руки. Балдрон не заметил, как она появилась. Некоторое время наблюдала за ним, потом опустилась рядом, не в силах видеть его страдания.

Граф с трудом сглотнул, бросив взгляд в окно, и вздрогнул. Вечер пришел незаметно, значит, он просидел так полдня.

Деревенеющей рукой Балдрон поставил подпись.

Кадлер поставила закорюку, хмурясь, но не переча.

Когда пришел черед Тарлека, мать с трудом втащила его, упирающегося, в комнату. Кадлер, словно в трансе, при его появлении сжалась на софе в уголке кабинета.

- Тарлек, - мягко позвал отец.

- Нет, отец, - мотнул головой мальчик.

- Тарлек, послушай, - устало призывала Калани.

- Нет, нет. Это совершенно невозможно! Я не буду этого делать.

- Сын, ты должен, - сказал с надрывом отец.

- Я не собираюсь сдаваться! – вскричал мальчик, вырываясь от матери.

- Ты не сдаешься. Ты защищаешь свою семью.

- Мы все потеряем, отец. Разве это не значит проиграть?

- Иногда нужно проиграть, чтобы выиграть, - мягко сказал Балдрон.

- Я не понимаю!

Мать вывела дочь, оставив графа разбираться с наследником наедине.

- Сын, - Балдрон пересел на софу и жестом предложил Тарлеку присоединиться, но тот не сдвинулся с места. - Ты уже взрослый мальчик. Однажды тебе придется взять ответственность за семью на себя, и ты поймешь, почему то, что мы сейчас делаем – необходимо. Чтобы сохранить наследие, мы должны выжить.

- Ты же учил, что честь дороже жизни?

- Сейчас спастись – значит сохранить честь.

- Почему? – мальчик присел рядом с отцом.