Не стать драконом

— Затем, что без их знания ты не сможешь по-настоящему овладеть этой страной, — сказал ханец, — многие приходили сюда с войной и одерживали славные победы — мы не воинственный народ, поскольку хорошие люди в этой земле не идут в солдаты. Но все захватчики, сколько бы их не было, могли удержаться здесь лишь приняв в сердце Срединную Империю, в самых ее основах. Прими ее и ты, о Дракон Запада и здесь и сейчас будет положено начало величайшей династии Поднебесной.

— Чтобы победить вас, я должен стать таким как вы? — прищурившись спросил Саксон.

— Таковы порядки здесь, сколько стоит мир, — сказал Илюй Чжань-жань, — империя славна не воинской силой, а устоями, что держат ее испокон веков. Прими и ты этот порядок — и владей нашей землей, о владыка Нефритовой Печати.

Саксон перевел взгляд на Таис.

— Что скажет жрица Змееногой?

Женщина не успела ответить, когда евнух заговорил снова.

— Прости, о Дракон Запада, но это первый из уроков, что ты должен усвоить в стране, которой взялся владеть: женщина здесь не указывает мужам.

Ибо сказано Мудрейшим из Мудрых: «Мужчина это повелитель и царствующая персона, а женщина — это низ и грязь». И если уж блудница попадает на совет мужей, то не для того, чтобы раскрывать рот — но лишь затем, чтобы покорно выполнять все желания великих.

Чиновник подал знак, музыканты сменили мелодию и меж столов вдруг закружились прелестные создания, облаченные в прозрачные развевающиеся одеяния из шелка и птичьих перьев.

Словно экзотические птицы порхали они меж одобрительно цокающих языками военачальников. Полы их одежд взметались, обнажая то упругое бедро, то небольшую острую грудь, то стройную ножку, украшенную золотым браслетом.

— Достаточно, — взмах руки императора остановил танец, — только я решаю, кто и когда может говорить на моем совете. Говори, Таис.

Девушка гибко, словно пантера, поднялась со своего ложа, блеснув голубыми глазами.

— Я, конечно, не мудрейший из мудрых, — она иронично посмотрела на поджавшего губы Илюй Чжань-жаня, — и вряд ли мои слова смогут стать здешними устоями. Поэтому я просто спою.

— Спеть, спеть, Таис будет петь! — закричали со всех сторон.

Шум стих, сильно опьяневших утихомирили соседи. Таис же уже не слушала никого- тряхнув серебряной гривой волос, она затянула воинственный гимн посвященный Великому Восточному Походу.