Звездный Мост

Распаленный Евпатий, все еще прерывисто дыша после жестокой схватки, развернулся кольчужной грудью к невольно дрогнувшим ордынцам и, воздев к небу дымящийся меч, пронзительно закричал:

− Слава!!!

Степняки в изумлении попятились назад, зажимая руками уши, а Коловрат бросился на их расстроенные ряды. Русичи с громкими кличами ринулись за своим воеводой, но ордынцы обратили тыл и бросились врассыпную, едва не затоптав менбаши Ахмата и его телохранителей. А воины Евпатия схлестнулись в жестокой рубке с линией монгольского заградотряда, в пух и прах разбили его и метнулись за бегущими нукерами…

Вольга первым почуял неладное, сбросил с себя жаркую горячку боя и предостерегающе закричал: «Пасись, робята!».

Впереди были многочисленные конные стрельцы. Пропустив за растянутый строй беспорядочно отступавших ордынцев, они засыпали русичей лавиной стрел, нанеся им немалый урон. Уцелевшие ратники начали пятиться к монастырским воротам, прикрываясь щитами, подбирая по ходу движения раненых товарищей и втаскивая их за засечное укрепление.

Это было лихо… Русский отряд, обративший в повальное бегство более чем тысячу нукеров степного воинства, за краткую толику времени был выбит на треть.

Вновь наперебой заработали пороки. Захромавший Евпатий, последним покидая усеянную черными стрелами равнину, погрозил стиснутым кулаком в сторону скрипящих, плюющихся камнями махин.

И вдруг рязанского боярина не стало…

Огромный серый валун врезался в грудь Коловрата, впечатав воеводу в боковину засеки, разметав сложенные там бревна и бочонки, с хрустом разломав подгнивший остов перевернутой телеги.

Обернувшиеся на грохот ратники с горестными криками упали на колени перед своим старшиной, но безмолвный Евпатий был безнадежно мертв…

Лишь лицо его осталось прежним, тело же было изувечено вражеским снарядом.

Дорога над бездной

«De nihilo nihil (Ничто не возникает из ничего)»

(Тит Лукреций, римский поэт)

Только к исходу дня ордынцы наконец посмели приблизиться к дымящимся руинам погибшей обители, пустив впереди себя куманов, которые принялись разбирать обугленные развалины церкви.

Здесь, в одном из тесных подполов, они обнаружили уцелевших в этом аду русичей − всего с десяток человек, в их числе Вольгу, безучастно сидевшего над прикрытым червонным стягом телом Коловрата, обняв за худенькие плечи заплаканную девчонку с поникшими косичками.