И.о. ангела-хранителя

Она была очень хороша в этот момент; но королева смотрела не на неё, а на господина Се-Ньяра, который тоже откровенно любовался женой.

Сердце Каи кольнуло иголочкой боли, разочарования и зависти. В её жизни ничего подобного быть не могло – даже если бы между ней и Реамундом было хоть какое-то тёплое чувство, они никогда не стали бы обычной семьёй, как та, которую она наблюдала сейчас.

– Обязательно поедем! – со смехом согласился, меж тем, Се-Ньяр, получив от Канлара ещё тычок. – Всё-всё, я затыкаюсь! – поднял он руки в жесте капитуляции.

Спустя минут пять госпожа Се-Ньяр спросила:

– Я вас оставлю ненадолго? Мне нужно распорядиться по поводу обеда.

– Да, конечно, – от души улыбнулась ей Кая, всячески показывая, что всё в порядке.

Госпожа Се-Ньяр упорхнула по тропинке к поместью.

Кая, облокотившись на перила, позабыла про удочки и, с удовольствием вдыхая свежий воздух, наполненный запахом воды и ели, обратила взгляд на причал – ей было интересно, как идут дела у сына.

Он выглядел очень счастливым и оживлённым.

Он сидел посерёдке на причале между двумя другими детьми, и у всех троих были в руках удочки. Ногами они бултыхать перестали – видимо, всё же надеялись, наконец, поймать рыбу. Тишина и спокойствие воды явно этому способствовали, но пока у них ничего не получалось – если у них и случались поклёвки, они не умели правильно подсечь и вовремя дёрнуть, и рыба срывалась. Дети огорчались, разочарованно вскрикивали, но снова погружались в своё занятие – в надежде всё же овладеть этой премудростью.

Тут Канлар, опустившись на причал, что-то шепнул принцу – тот сосредоточенно кивнул. По тому, как напряжённо он глядел в воду, Кая догадалась, что у него клюёт, но что он совершенно не знает, как совладать с удочкой. Канлар, однако, явно представлял себе, что делать: придвинувшись к ребёнку со спины, он положил свои руки поверх его, страхуя, и снова что-то шепнул. Принц опять кивнул, всё так же не сводя взволнованного взгляда со своего поплавка.

Вдруг, резким движением, Канлар встал, поднимая за собой и мальчика, и дёрнул его руками удочку, выхватывая рыбу наружу.

Раздались радостные и взволнованные возгласы; шелестя крыльями, сорвались с причала прикорнувшие на нём и напуганные теперь птицы; другие дети вскочили, забыв про свои поплавки. Канлар отпустил принца и сделал от него шаг в сторону; теперь он сам крепко держал удочку, на которой бился его первый улов.

Кая заметила, как удивление на лице сына сменяется бешеным восторгом.