Сын Нила

Что случится после этого? Почему ты должен об этом думать? Ты просто хочешь солнце. И ты его получишь.

***

Странный вопрос жрицы выбил принца из колеи и главенствующее место тут же занял Змей. Но стоило этому произойти, как в поведении Беренмут всё резко изменилось: до этого расслабленно сидевшая на дереве она молниеносно оказалась на земле, сжав в руке потёртый ритуальный кинжал.

— Сспокойнее, жрица! — отпрянул Змей, не ожидавший такого развития событий.

— Не хорошо влезать в чужой разговор, демон. Я говорила с принцем, а тебя я здесь видеть не желаю.

О, Исида, трон в покоях истинного Правителя…

Голос юной жрицы стал неестественно спокойным, предложения без пауз перетекали одна в другое, да так, что Змей чуть не упустил начало молитвенного катрена богине. Выбор дальнейшего пути резко сузился до трёх вариантов — атаковать готовую к бою Беренмут, сбежать с территории храма или вернуть управление человеку. И не смотря на безумное желание оторвать наглой девице голову, Змей выбрал именно последний вариант.

— О, вы вернулись, принц Аменхотеп! — стоило тёплой человеческой Ба проявиться среди влажного холода сил Змея, как Беренмут тут же вернула своё лёгкое поведение. — Вы что-то совсем распустили свои силы, нельзя же так!

Аменхотеп с удивлением смотрел на девушку. То, что она была лишь немногим более нормальна, чем его старший брат, он уже понял. Но всё таки не могла же она просто нести чушь, иначе никакая сила не дала бы ей возможности продвинуться среди жрецов.

— Я не жрец, а это не моя сила.

Я и есть Змей, — пояснил он, медленно сворачиваясь кольцами. Управлять не человеческим обликом было всё ещё сложновато.

— Змею не место в мире людей, принц, и он об этом знает. А потому вы — человек. Даже если вы были Змеем до рождения и будете им после смерти. Вот только сейчас вы даёте Змею проявиться и пока вы живёте…

Девушка на мгновение задумалась, и в глубине её тёмных глаз Аменхотеп с раздражением уловил что-то похожее на сочувствие.

— Впрочем, ваше дело и ваша жизнь. Но я человек, и буду говорить только с человеком, а Змея, как и положено жрице, гнать в подземный мир.

А сейчас вам следует уйти. Как я уже говорила, в храме Исиды вас никто не ждёт.

Несомненно эта жрица была очень раздражающей, опасной и непредсказуемой особой. Она явно была готова поддерживать ошибку сестры и презрительно относиться к стремящемуся раскрыть принцессе глаза жрецу Себека, но при этом самого Аменхотепа так же ни во что не ставила, даже зная о его божественном воплощении.