Сын Нила

Она в призрачной фигуре Змея уловила человека, как до этого улавливала бога в человеческом теле, но при этом явно никому об этом не рассказывала. Даже сейчас, схвати она растерявшегося принца, покажи его натуру, и Аменхотепу придёт конец — поддавшийся Апопу полукровка вряд ли заслужит хотя бы безболезненной смерти. Но жрица всего лишь прогоняет прочь. И ведь не угадаешь, чего она желает на самом деле и зачем всё это делает! Разве что она сама скажет…

А ведь говорила! Аменхотупу вспомнился молодой жрец Ра и его просьба от лица жрецов Фив.

Кажется тогда он упоминал храм Исиды, говоря про то, что его ведёт новая жрица. «Вы будете фараоном, но Наследника оставьте нам». Забавно, что идущий по пути Змея, он тут же забыл о договоре, как только Тутмос стал представлять опасность. Впрочем Беренмут не выглядела той, что будет мстить за ошибки.

— Я уйду. Маду говорил мне о вашем желании, жрица, пусть в ярости я чуть не нарушил его. Но Тутмос не должен стать мне помехой.

Если он попробует надеть на себя Корону, я пожертвую жрецами Фив, но не допущу этого!

— О, вы думаете Тутмос думает о Короне? — Беренмут как-то особенно противно улыбнулась. — Ему, человеку без сил, всё земное гораздо более далёко, чем вам, принц-Змей. Хотя его супруга, несомненно, о ней мечтает, — возникла лёгкая пауза. Резкий крик речной птицы разорвал тишину, заставив дёрнуться обоих участников ночного разговора. — Уходите, Маду обещал Корону вам, и именно вы наденете её после нынешнего Фараона.

Тутмос не будет проблемой. Тутмоса вообще больше не будет.

Аменхотеп мотнул головой и покинул территорию храма, вернувшись в собственное тело. Змей, молчавший весь оставшийся разговор, бушевал, проклиная юную жрицу, а человек просто чувствовал себя уставшим. Он не зря редко разговаривал с жрецами самостоятельно, обычно отдавая эту роль Змею — образ мышления этих детей богов всегда раздражал более приземлённого принца.

Беренмут же была апофеозом всего, она раздражала даже божественную часть.

На следующий день жрица Исиды пришла в гости к сестре, пол дня предаваясь праздному образу жизни. На все вопросы придворных она отмахивалась и говорила, что Наследником и без неё есть кому заняться, а вот у сестры она одна.

— Так что не обижайте мне тут Нефертити! А то всех найду и без очереди на поклон Исиде отправлю! — шутливо грозила она под смех толпы.