Сын Нила

Золото, золото и тёмный мрамор, линии лучей, много проходов и окон, невесомые блестящие ткани, услужливые, но равнодушные к миру жрецы и служители, все в золотых украшениях. Девушке было физически больно рассматривать убранство храма Амона, хотелось закрыть глаза от блеска, нос от удушающих ароматов дорогих благовоний, уши от заунывных непрекращающихся молитв, славящих нынешнего Фараона, Царицу и его сыновей.

Не удивительно что Маду ушёл с этой золотой клетки. Хотя… большой храм Ра тоже бедным назвать было нельзя, золотые диски, разукрашенные колесницы и лодки, большая площадь перед храмом, на которой часто устраивали пышные гуляния.

Золото повсюду, но мрамор белый, как будто бы скрадывающий слишком яркий блеск, а жрецы любознательны, хоть и горделивы. Противоположность в своём единстве. Амон и Ра есть одно и то же. Амон и Ра есть непримиримые противники.

Чем-то это напоминало храмы Исиды и Сета. Утопающий в оранжевых узорах по жёлтому камню, изящный, но величественный женский храм, возвышающийся над цветущими садами и серокаменный приземлённый, толстостенный, разрисованный грубыми алыми рисунками храм Сета, на отшибе города, со ступень которого можно было увидеть подступающую к столице пустыню.

Брат и сестра, воин и колдунья, чья вражда за власть подарила фараонов людям, но увела из их мира богов. Боги, они совсем как люди временами! Или это люди как боги?

Философское настроение не было свойственно Беренмут, но и на неё иногда накатывало тягёчее ленивое настроение, когда хорошо лежать на подушках, пить вино и думать о далёком прошлом.

Обычно такое настроение приходило перед чем-то большим и не слишком приятным, а потому жрица, внешне расслабленная, ждала неприятностей, слушая стук собственного сердца, что, казалось, отсчитывал последние свободные капли времени.

За стенами комнаты главной жрицы засуетились служительницы. Уверенный голос Бенну отдавал громкие команды, что приносили в эту беготню хоть какой-то порядок. А вскоре в главный зал позвали и жриц.

К храму Исиды двигалась пара паланкинов, один из которых принадлежал Царственной чете, а второй Наследнику с супругой.

— Новая луна, хорошее время для начала ритуалов Исиды.

— Или принцесса Ситамон понесла от Наследника, или Фараон решил воспользоваться давним правом на двоевластие и посадить принца Тутмоса на трон, не смотря на его проклятье.

— А может это благотворительность? Или понесла опять Тия?

— Нет, тут дело явно в другом.