Алёнка и серый волк

Такие не спрашивают, а берут.

— Да брось ты, чего как маленькая? Вчера в седло как миленькая запрыгнула, — он повёл бровью, — может, и на меня запрыгнешь, м?

Тошнота подкатила к горлу от его слов. Алёна мельком огляделась, но Дикого всё не было.

«Божечки, меня же убьют тут!»

Не раздумывая она швырнула в Никитку куль с гостинцем и, пока отвлёкся, рванула домой.

Бежать было тяжело и больно, Никитка мог легко догнать при желании, но такого желания у него не возникло. Алёна даже обрадовалась, что перестала быть ему интересна.

Она влетела в деревню, переполошив старух на лавке, и едва не проскочила свой дом. Калитка привычно скрипнула, Алёна ввалилась во двор и чуть не рухнула на землю.

«Спаслась!» — промелькнула мысль в голове… и она всё-таки упала.

Её кто-то нёс, подняв на руки, кто-то сильный и очень теплый. Алёне всё равно было холодно. Она услышала скрип крыльца под чужими ногами, следом окунулась в прохладу дома. Открыв глаза, Алёна увидела Дикого. Он принёс её в дом, напугав кошку, и положил на кровать.

— А… больно!.. — захныкала Алёна, соприкоснувшись задом с постелью. Она повернулась на бок. — Больно!..

Дикий опустился на колени у лавки и потёрся об Алёнину голову носом. Она нашла наощупь его затылок и погладила жёсткие волосы.

— Что ты тут делаешь, лихо лесное?

Конечно, он не ответил ничего внятного, только заурчал, как Сонька, правда громче и угрюмее. Алёна поняла, что он обнюхивает её, когда услышала тяжёлое дыхание у уха. Дикий недовольно заворчал.

— Ты тоже не цветами пахнешь, что ругаешься? Помоги лучше встать, сама не могу.

Алёна перевернулась на другой бок и встретилась с ним глазами. Ей стало больно от того, что он не понимал её и не мог говорить.

— И чего ты не пришёл, глупенький? — она обняла его за шею и прижалась к плечу. — А если б он обидел?..

Дикий просто обнял её в ответ, будто понял. Показалось даже, что он научился ластиться.

Алёна налила воду в таз и заставила Дикого обливаться, чтобы стал, наконец, чистым и не вонючим. Тот не слишком обрадовался, но послушно опрокинул на себя пару ковшей воды и вытерпел, пока Алёна терла его жёсткой мочалкой.

Они были во дворе, за домом, чтобы соседи не видели лиха лесного. Алёна оттирала Дикому плечи, пока он сидел перед ней в маленькой бадье, скорчившись.

— Ну вот, и совсем как человек, — улыбнулась она. Дикий недовольно зыркнул исподлобья. — Что? Ты даже красивый. Жених!

Алёна посмеялась. Она встала, стараясь не поморщиться от боли, и позвала его:

— Идём в дом. Жарко тут.