Пивные Воители

Я вырвал свою жизнь из смердящей пасти смерти, что каждый день шла за мной по пятам! И вот я здесь. И пусть хоть кто-нибудь мне скажет, что я не мужчина. Я выжму того в его же сапог! Поди сюда, урод, - потребовал викинг и когда Алексий подошел, взял его руку, чтобы пощупать мускулы. – Кубок держать сил хватит. Значит и питься сможет.

Алексий отдернул руку.

- Я буду питься, - твердо ответил Алексий и сошелся взглядом с верзилой. От верзилы сильно пахло, и мальчик предположил, что именно так и пахнет пиво.

Горячий, горький запах. Неприятный запах.

Викинг улыбнулся.

- Правильный поступок, - сказал он и отступил на шаг назад от мальчишек. - Совет для сопляков, не вкушавших доселе пива, - сказал напоследок викинг, - если питва неизбежна, пить нужно первым! Да будет великая питва! Внесите бочку «Гнилого Копыта», от чего покрепче, боюсь, упьются оба!

Кто-то из пьянствующих рассмеялся.

Алексий поглядел на Сергия, но, к большому удивлению, не увидел во взгляде друга недоверия.

Сергий глядел на Алексия со странным выражением лица, похожим на изумление вперемешку с гордостью.

- Я верю в тебя, друг, - сказал Сергий и похлопал Алексия по плечу.

- Больше никто и никогда не назовет меня уродом, - отвечал принц. Никто не знал, как мучается мальчик, когда чешуя начинает зудеть. Особенно в области паха. Конечно, напиток Ледяной руки творил чудеса, с каждым глотком этого пахнущего мускусом зелья, отваливалось по одной чешуйке, однако принц все еще оставался мерзким на вид.

Теперь, когда замок и все придворные сожжены и зарезаны, Алексий вынужден был смириться со своей внешностью, приняв себя таковым до конца жизни. Никто больше не сварит ему лекарства, укрываться за глухими стенами так же более не удастся, и подобные сыну свинопаса, так или иначе повстречаются на жизненном пути еще не раз. С этим нужно смириться, это нужно принять. – Я слишком долго жил с мыслью, что никогда не смогу никому ничего доказать. Но сегодня, я изменюсь.

Громадная грудь викинга тяжело вздымалась, викинг предчувствовал питву.

- Правильно, малец, - прохрипел он, звучно втянул содержимое носа в рот и проглотил это. – Узрим же знатную питву! Веселись, «Пьяный горбун»!

- Никакой питвы не будет.

Все обернулись на звук голоса. Позади стоял пожилой трактирщик в изъеденном молью грязном фартуке, он часто кашлял и чесал седые бакенбарды.