Каменное сердце и мастер Гонтье

Он ведь нарочно сказал это, точно бред сумасшедшего. Не думал, что это окажется правдой.

– Все так. Только на место сердца вы вложите камень. Любой, какой хочется. Булыжник с французских дорог. Докладываться будете Клоду де Мариньи. Я уверен, вы точно поладите. О любом обмане он доложит мне тут же. Но мне не нужно отребье на французском престоле. У вас в Сорбонне была прорва полезных знакомых, я рассчитываю на кого-то из них.

Король встал. Похоже, разговор был окончен.

– Мне просто вырезать сердце у кого-то из старых товарищей? – Пьер смешался.

– А вдруг кто-то из них просто умрет?

Король пожал плечами и сделал знак Мариньи, чтобы тот отпер дверь.

– А это, мастер Гонтье, уже ваша забота. Потрудитесь, чтобы не умерли. Чтобы никто не узнал. Франции будет очень неловко рубить вам голову за убийство.

I Левый берег. Глава 3

***

Со встречи в подвале разрушенного дома прошло две недели. За это время Клод де Мариньи успел зайти к нему дважды. Человек-с-кольцом – так все еще Пьер называл его про себя – стоял в дверях, прислонившись к косяку, и с презрительной ухмылкой осматривал лавку Лакомба.

Теперь его лавку. За это время он почти успел навести здесь порядок. Странно, был Лакомб жив, он никак не мог заставить его убираться. Старик лежит на кладбище – и вот Пьера потянуло к тряпке и щелоку. Все выскоблено, даже три раза. Битые стекла и банки закопаны где-то на заднем дворе. Где-то же рядом он закопал и Платона, и книги на греческом, завернув их предварительно в три грубых холста. Ничего нет преступного в словах старых греков, но Пьер не хотел лишний раз это кому-то доказывать – он не доверял королю. И проблемы ему не нужны.

Они уговорились на месяц. Через месяц Пьер Гонтье хотя бы назовет ему имя. Имя того счастливца, кому достанется Франция. Или несчастного, которому он вырежет сердце и вложит в отверстие камень. Или же трупа, если тот просто умрет под ножом. Пьер пока никого не нашел, признаться, и не искал. Как это выглядит? Он пишет письмо кому-то из старых товарищей, а потом предлагает ему корону Филиппа, если тот обменяет сердце на камень? В Париже и деревеньках в округе полным-полно отчаянных малых.

Но вряд ли найдется хоть один, кто поверит ему.

А Клод де Мариньи так и стоял в дверях, ждал каких-то ответов, строчил кляузы и доносы Филиппу Красивому. У короля с железным сердцем будет наследник с сердцем из камня, вот уж сюжет для дешевой комедии. Мариньи же особо с ним не беседовал, но драться больше не лез.