Ротмистр Гордеев

В двух видах нечеловеческих японцев Лукашины опознают тэнгу и капп, как бы леших и водяных. Уходим, оставив сюрпризы для преследователей – на самом видном месте – набитый под завязку сидор покойного Акиньшина. И кое-что ещё по окрестным кустам рядом с тропками, ведущими с поляны в разные стороны.

Идём быстрым шагом. А вот и растяжки сработали одна за одной. Пять взрывов. И слабые крики ярости и боли. Добрались, стало быть, преследователи до нашего покинутого лагеря. Хорошо пока японец ещё непуганый.

Но успокаиваться не стоит. Противник обычно быстро учится. Переходим на бег.

[1] У Шейнина, а уж тем более, Гордеева, довольно однобокое и поверхностное впечатление о японской культуре. Где им знать, что эта «балалайка» - сямисэн.)

[2] Гордеев и его команда столкнулись на складе с кумо – демоны-пауки или же пауки-шлюхи предстают перед своими жертвами в женском обличье, а подобравшись поближе, опутывают своими сетями и пожирают.

Глава 10

Глава 10

С тяжёлыми «гочкисами» не разгонишься.

Но и бросить жалко, жаба просто не поймёт. Тащим по очереди, даже я впрягаюсь наряду со всеми.

Сколько в пулемётах весу сказать сложно, думаю, килограмм двадцать пять-тридцать, однако с каждым метром нести их становится всё трудней и трудней. Ощущаю себя загнанной лошадью.

На какое-то время сюрприз с растяжкой охладил пыл преследователей. Тем не менее, скоро становится ясно: фора невелика. Я не слышу, скорее чувствую, что японцы уже идут по пятам. Дистанция стремительно сокращается.

Не уйдём…

Надо принимать бой. Вижу впереди подходящее место – сразу три господствующих высоты, выстроенных в виде неправильного треугольника. Для моей задумки самое то.

Останавливаю отряд, объясняю бойцам диспозицию. Лукашины с одним «гочкисом» уходят на правый фланг, Савельич на левый, остальные во главе со мной готовятся устроить жаркую встречу японцам и ударить прямо в лоб.

Еле-еле успеваем разместиться до прибытия самураев.

Тешу себя надеждой, что их количество поубавилось, хотя от синей формы и белых гетр уже начинают рябить глаза.

Такое чувство, что по наши души отправили чуть ли не батальон. Видать, хорошо укусили японцев, раз они так обозлились.

Местность не позволяет врагам растянуться в цепь, приходится сбиться в колонну, но за нами идут уверенно и, кажется, я знаю почему. Вскидываю голову и вижу парящего в небе демона-тэнгу – так его назвали Лукашины. Вот и «беспилотник».