Жизнь напрокат

- Эмунд, я могу легко отыскать его!

- Ценю твою услужливость, Шибай, но если дело обстоит так, как ты говоришь, то, пожалуй, обойдусь без твоей помощи. Не хочу быть тебе обязанным сверх меры.

- Ты и так обязан мне всем! - Голос Шибая сорвался на визг. - Ты! Неблагодарная собака!

Эмунд зловеще оскалился и покачал головой, блестя вплетенными в бороду каменьями.

- Всему, что у меня есть я обязан вот ему, - Серый Эмунд с глухим шелестом вытащил из ножен меч. - А теперь я желаю поглядеть кто из этих двоих быстрее выдаст серебро, когда мы убьем остальных.

Все слышали? Стяр и Дивей нужны мне живыми! За дело!

Эмунд выкрикнул еще что-то на своем и первым шагнул вперед. Кто-то из скандинавов метнул копье, Бур на лету сбил его мечом, заставив отполированное руками древко обиженно загудеть и шмякнуться оземь.

Не повелся блеклый викинг на развод. Дикие нравы средневековья пересилили мою находчивость. Что ж, значит настала пора валить, так и не поужинав.

- Бис, Сашка! - заорал я в ухо родственнику.

- Пробиваемся к выходу, здесь нам ловить нечего!

Раздвинув плечами лесную братву, я повернулся к тем двоим, что наступали на нас от ворот. Изрядную часть их туловищ закрывали щиты из плотно пригнанных досок. Над окованными кромками выглядывали устремленные на врага злые глаза. Матовый металл шлемов носил отметины от предыдущих схваток. Я понятия не имел как нам всем через таких пробиваться, тем не менее стиснул рукоять меча и сделал шаг навстречу.

- Жопки в кулачок, братва! Бьем все вместе!

На дворе вдруг разом стало светлее.

С улицы донесся резкий свист и фырканье лошадей. Из-за сараев и клетей выступили люди с горящими факелами, заполнили площадь у крыльца, взяв ее в кольцо.

- Довольно крови, Эмунд! - загремел знакомый глас и я, почему-то, начал верить, что сейчас меня опять не убьют.

Глава 16

Вид у боярина Головача воистину боярский. Я, грешным делом, думал он, кроме как вкусно кушать, обильно пить да сладко спать ничего путного делать не умеет, а он вон какой красавец! Верхом на вороном коне, в полном боевом облачении, пышные кудри выбиваются из-под остроконечного шлема, богатая борода заткнута за пояс, черные брови сурово сдвинуты, а взгляд как у короля орлов.

Вместе с боярином на подворье Родимовой усадьбы въехал эскорт из четырех всадников с длинными копьями и щитами. Трепещущие языки факельных огней матовым багрянцем блестят на обнаженном оружие и начищенной броне. Запахло терпким конским потом.