Жизнь напрокат

Как он там? Сумел ли улизнуть от Головача? В любом случае, как говорили классики - место встречи изменить уже нельзя. Надо двигать к озеру. Сашка, если живой, обязательно туда прибудет. Буду ждать хоть до зимы, как сам неудачно пошутил недавно. Но для начала нужно вразумить граждан мазуриков и особ приближенных к боярину, чтобы не учудили чего-нибудь нехорошего.

- Эй, Жила, веди этих сюда! - распорядился я на подходе к кострищу. Откинул носком сапога узловатую ветку и уселся на бревно рядом с Горей, наблюдая как Завид с Прастом помогают Буру встать на ноги.

Жила с копьем наперевес отконвоировал троицу к котлу. По пути Завид остановился, нагнулся к земле и поправил сапог.

На мое требование развязать Буру руки Одинец, поборов короткое сомнение, полоснул ножом по веревкам на запястьях старшего головачевского чада. Растирая кисти, Бур не сводил с меня настороженного взгляда.

- Присаживайтесь, - я кивнул на противоположное бревно, поскольку хотел держать всю трлйку в поле зрения. - Одинец раздай всем миски и сядьте с Жилой по краям.

Все таки в любом споре наличие подмышкой убойного аргумента делает безоружного оппонента сильно сговорчивее, а всех сомневающихся заставляет по-иному взглянуть на вещи. В лидеры я не самовыдвигался, это получилось само собой, когда каждое мое слово правильно доходило до нужных ушей и воплощалось в быстрое дело. Одинец, Невул и Жила исполняли мои указания без каких либо возражений, словно я давным-давно являлся их непререкаемым вождем. Я почувствовал себя внезапно объявившемся отцом у выросших в неполной семье пацанов.

Хотя какие они, в сущности, пацаны. Жила, небось, года на два меня постарше, Невул, скорее всего, одногодок, лишь Одинец сопляк малолетний, даром, что пронырливый не по годам.

Устроив на коленях посуду с мясным бульоном, с плавающими в нем кусками зайчика-побегайчика и мелким косточками из его же тушки, вся компания вяло черпала ложками и молчала в ожидании мудрого слова, справедливо рассудив, что настало самое время его услышать.

- Бур, Завид, - обратился я к парням напротив и они моментально напряглись. - Ваш отец хочет вернуть серебро. Он его получит.

Бур закаменел лицом и опустил на землю ополовиненную плошку. Светлые брови Завида поползли вверх.

- Когда? - емко спросил Бур.

- Когда мы пойдем и возьмем его. Ты же помнишь обещание Головача, что он мне озвучил?

- Ты получишь свою долю, - кивнул Бур.

- Получу и разделю с ними, - я указал ложкой на Одинца. - И с ними.