Реверанс со скальпелем в руке

Нет – двести!

Все так и было. А в какой-то день нас обоих вызвали на ковер. Вначале разговор был односторонним и, мягко говоря… неконструктивным. Я вообще там была в роли статиста или немого укора. Глаз почти не поднимала и помалкивала, чтобы не сделать еще хуже.

Поджилки тряслись и сердце замирало... Серов рвал шефа на части словами и где-то в них была логика. Я понимала, что это – все! Для обоих или только для меня – вот сейчас и выяснится... Потом заговорил Шония. Старался спокойно… Но я стояла совсем рядом, нечаянно приткнувшись плечом к его руке – чтоб не так страшно.

- Мы все – военнообязанные… Я руками и ногами – за мир во всем мире, Евгений Дмитриевич, но операционная сестра, просто подающая хирургу инструменты, однажды может оказаться его единственным ассистентом. Маша давно со мной, она знает и переняла мой стиль, все нетрадиционные приемы. И превосходно справилась с той работой, которую я доверил ей совершенно сознательно.

А я зачарованно и преданно – на него. Пра-авда…? И непонятно от чего распирало – гордости за себя или за него? Или дикой просто благодарности за такую веру в меня? Ух! Правда, что ли так можно? И сразу – картинки, картинки в голове… я задержала дыхание.

- Вы, Георгий Зурабович, сейчас несете бред, - выплюнул Серов, покосившись на меня и опять переведя взгляд на Шонию.

- Отнюдь… - вежливо упирался тот, - я могу сам заряжать нитью иглу, пока сестра удерживает крючки, а эти нити она приготовит заранее и в достаточном количестве и расположит их и инструменты на своем столике так, чтобы для меня они были легко доступны. Чтобы максимально освободить её руки, при перевязке сосудов я смогу сам снимать кровооставливающие зажимы.

- И каким образом? - хмыкнул Серов.

- Шире используя ранорасширители типа Госсе и Сегала, фиксируя их к операционному столу.

- Гоша, - устало вздохнул Серов, - в случае чего… и неважно – сдаст сердце, добавится простуда… Если подключатся юристы - подсудное дело. Найдут эту зацепку, и ты за*бешься что-то доказывать. И даже если до суда не дойдет, а просто всплывет сам факт... дальше только санкции.

- Евгений Дмитриевич, ну вы же знаете реалии… Не везде такие условия, как у нас, а победителей не судят – Маша замечательно справилась.