Женщина с изъяном

– Однако наш долг сообщить вам, что эта женщина – порождение Нечистого и самой Тьмы. Она обманом и колдовством втёрлась к вам в доверие, принудила жениться на себе. Она хотела скрыться в вашем доме от праведного суда, но Боги милостивы. Мы уведем её отсюда, и она понесёт справедливое наказание.

Губы Лагарда сжались, и я почти перестала дышать. Он знал, что они ему не лгали. На мне действительно лежала их чёрная метка, я в самом деле выходила за него в первую очередь для того, чтобы стать кем-то другим.

Если он даст им своё разрешение, окажется ли это для меня страшнее, чем предстоящая темница и…

Даниэль улыбнулся. Коротко, едва заметно, но уголки его губ дрогнули.

– Даниэла, душа моя, чем ты успела прогревать святую братию?

Он бросил на меня всего один быстрый взгляд, но мне показалось, что стук моего сердца вот-вот оглушит даже монахов.

– Не предполагал, что стану когда-нибудь жертвой колдовства. Разве что святой брат подразумевает под этим неземное очарование моей супруги?

– Я был бы рад посмеяться над этим, господин маркиз, – теперь в голосе брата Эрвана слышалось вежливое, но уже отчётливое предупреждение.

– Однако я вынужден остаться серьёзен. Вот уже три года, как Святая Церковь разыскивает нечестивую Алису. За то, что она сделала, приговор – смерть.

Даниэль кивнул, развернувшись к нему всем корпусом.

– Я понял, что дело серьёзное, брат Эрван. По всей видимости, для вас это в какой-то мере дело чести.

Но это не даёт вам права врываться в мой дом и оскорблять мою жену. Маркизе следовало попросить Руперта выставить вас.

Никогда и ни с кем на моей памяти он не разговаривал так. Даже с трусливым идиотом-мэром, с первых минут готовым как угодно пресмыкаться перед ним, Лагард, как истинно благородный человек, умудрялся держаться легко и наравне, не подчеркиваю разницу между собой с собеседником, не заставляя того чувствовать себя униженным.

Сейчас же святой брат побледнел быстрее, чем успел опомниться, а сопровождавшие его монахи словно стали меньше ростом и сбились кучнее.

Они чувствовали исходящую от Даниэля силу, а он уже знал о своей победе, но продолжал… куражиться?

– Что до прошлого маркизы, коль скоро оно вам так интересно, я не только перед вами, но и перед королевским судом при необходимости готов свидетельствовать, что прекрасно знал её покойного супруга.