Путь мира

«Она с самого начала так меня околдовала, что я даже не сразу понял, что она каким-то образом быстро узнала, что именно я буду заниматься этим делом. Она с самого начала была в курсе тайной и весьма щекотливой деятельности своего супруга, но не только никогда не афишировала его «шпионские» занятия, но и умудрилась ни разу не обмолвиться о них даже случайно в многочисленных «автобиографических» интервью, будучи известнейшей медийной личностью. Она так умна, совсем не болтлива, но в то же время так божественно мила, что дыхание замирает, и боишься, что вспугнешь эту фею, и она вспорхнет и исчезнет как виденье, – Пивога закрыл глаза и почему-то странно и мечтательно улыбнулся.

 – Ах, Эмилио! Тебе и умереть то, наверное, было уже не так обидно, ведь ты держал эту потрясающую женщину в своих объятиях.»

Секретарь крадучись вошел в комнату и осмотрелся. Окна были занавешены непроницаемыми шторами, и это создавало почти полный мрак.

– Ах, милый, тебе нельзя видеть прямого солнечного света, он тебя ослепляет, – насмешливо и презрительно пробурчал секретарь себе под нос, передразнивая Флорену.

В его мозгу уже сложился отличный по простоте исполнения и эффективности план. Он осторожно отодвинул краешек шторы и посмотрел во двор. Все подходило как нельзя лучше: прямо перед окном раскинулся обширный розарий с красивой мраморной колоннадой и рукотворными прозрачными ручейками. Эта колоннада была излюбленным местом Флорены, каждый день приказывающей выносить на мраморную площадку шезлонги и зонтики от солнца и нежившейся там по утрам, когда лучи солнца были совсем еще неяркими и не вредили ее нежной коже.

С тех пор, как Великая Герцогиня удалилась в Рамир, в эту тихую райскую полугорно-полудолинную провинцию, и поселилась в своем уединенном родовом поместье на самом берегу моря, намереваясь проводить свое время с такой же беспечностью, что и в далеком детстве, и теперь беззаботно упиваясь прелестью жизни со своим треклятым возлюбленным, в политической жизни планеты многое переменилось: кольцо подчинившихся мятежному принцу Ганиверу земель сузилось вокруг «шеи» законного правительства до предела.

Наступил тот самый момент, когда худо-бедно уравновешенные весы власти дрогнули и их чаши пришли в движение. Если теперешнее бездействие Великой Герцогини продолжится еще хоть неделю, то это будет обозначать полнейший крах.