Крещение Новгорода. Часть III

 

- Что? – пуще прежнего гневался Садко, - так вы уже обо всём договорились? У меня за спиной!

- Садко…. – попытался обнять его за плечи Вольга. Но Садко грубо оттолкнул его и наложил стрелу на лук.

- Не подходи, - прорычал он, - или, клянусь всеми богами, пристрелю тебя, как собаку.

- Не делай глупостей, Садко, - пытался остановить его Вольга, - я не желаю тебе зла. Не губи себя.

Но было уже поздно. Садко снова забрался на коня и мчался, что есть сил, по направлению к площади. Он едва не передавил собравшихся здесь людей, подъехал так близко, чтобы всё слышать.

Алёна видела его, теперь в глазах её была мольба и даже слёзы. От этого взгляда у богатыря сжалось сердце. Он не смог её защитить, не смог сдержать свои обещания.

- Василий Буслаев хотел сделать меня своей женой, - продолжала Алёна свою речь, - он считал меня достойной, несмотря ни на что. А он был на порядок лучше каждого из вас. 

Слова её возмущали народ, и кто-то из новгородцев яростно прокричал:

- Сожгите её!

Его крик подхватили и другие, но вынуждены были замолчать, поскольку одного из них стрела поразила в плечо.

Все теперь смотрели на Садка, сидящего верхом на коне.

- Не сметь! – прокричал он, глазами выискивая в толпе богатырей, - кто её тронет, поплатиться жизнью. 

И вместе с тем Садко нацелил свою стрелу прямо на посадника Стояна. Народ возмущенно загудел, посадник закрыл руками шею. Садко, наконец-то разглядел в толпе своего сотника.

- Потамий! – кричал он, - иди сюда, живее.

И богатырь захромал к своему старшине.

- Твои люди все здесь? – спросил Садко.

- Здесь, старшина, - отвечал Потамий. 

- Вооружены, в кольчугах?

- Точно так, воевода. 

- Тогда прикажи им схватить эту собаку – посадника и привести ко мне. 

Но вместо ответа Потамий вдруг схватил своего старшину за ремень и стащил с коня на землю. Садко попытался сопротивляться, но колено богатыря прижало его к земле, а ловкие воровские руки забрали у него все стрелы, меч и кинжалы. 

- Сукин сын, - плюнул ему в лицо Садко, - ты мне за всё заплатишь.

- Уймись, дурак, - ещё сильнее прижал его Потаня, - хочешь погубить себя и всё наше дело из-за какой-то девчонки?

- А, я понял, - злобно прищурился Садко, - это ты мне так мстишь. За то, что я сделал Хому головой в Людином конце? Сам хотел занять место Васьки Буслаева? Не дождёшься, Хома в сто раз лучше тебя.

Эти слова уже серьёзно разозлили Потамия, и он даже занёс кулак, чтобы нанести удар и ослабил свою хватку.