Крещение Новгорода. Часть III

Подле Добрыни сидели тысяцкий Магнус и посадник Стоян, здесь же были старшина Вольга и отец Иоаким. Последний первым поднялся навстречу богатырю.

- Мне очень жаль, что так случилось, - произнёс архиепископ, - но так получилось, что я не мог присутствовать на суде, меня не было в городе.

- Ничего, отец Иоаким, - отвечал Садко, - так всё и было задумано, нарочно. Ты не виноват. 

Недобрым взглядом он окинул Добрыню, который в ответ вымолвил:

- Будет тебе убиваться из-за какой-то девки, у тебя жена есть.

- Это не я забрал мать у новорожденного ребёнка. Это не я сжёг её, как тушу больного зверя! – наступал Садко, сжимая эфес меча.

- Это было необходимо, чтобы ты стал воеводой, - нетерпеливо прокричал Добрыня, - сядь, не дури, у нас много дел, обо многом ещё нужно поговорить. На днях мы проведём выборы, ты возглавишь богатырей и вместе с дружиной отправишься собирать дань.

Лютая ярость поднималась в груди Садка. За него всё уже было решено, Добрыня смотрел на него, как на своего раба, и почему-то был уверен, что богатырь выдержит без ропота даже такой плевок в лицу, как жестокое убийство его любовницы.

- Нет! – выкрикнул Садко, глядя князю прямо в глаза. Дерзость неслыханная, Вольга тревожно переглянулся со Стояном, отец Иоаким даже перекрестился. 

- Что значит нет? – прокричал Добрыня и даже поднялся на месте.

- Нет, князь, это не я виноват в её смерти. В этом городе есть лишь один кукловод – это ты. А все остальные должны плясать под твою дудку, словно твои игрушки.

И с этими словами Садко принялся своими движениями изображать куклу на верёвочках. Поднимал одеревеневшие руки, быстро хлопал глазами, качал плечами. 

- С меня хватит, - внезапно прокричал он, - я больше плясать не буду, я ухожу. Пусть кто-нибудь другой возглавляет твоих богатырей.

- Ух ты, какой голосок-то прорезался у ублюдка из Людина конца. А мы думали, ты этим язычком только льстить умеешь. 

Богатырь вдруг понял, как глубоко его здесь презирают, считая бесконечно ниже себя, за шута, за безмолвную шавку. В ответ на слова князя Садко достал меч, и все, кто засмеялись шутке Добрыни, в тревоге умолкли.

- Одумайся, Садко, - взмолился отец Иоаким, - богатырская служба является пожизненной, ты уже принёс клятву.