Великий князь

Наследник гостя торгового тут же зевнул, со всей широты русской души (то есть едва не вывихнув челюсть), и почесал подбородок сквозь маленькую пока еще бороду. Поглядел на пальцы в свежих чернильных пятнах, досадливо скривился…

— И то верно, батюшка.

Скрипнула толстая дверь, выпуская из горенки хозяев, звякнули-щелкнули крепкие замки, после чего старый и молодой купцы разошлись вкушать заслуженный отдых. Но если Елпидий, завалившись под бочок к своей ладушке, сразу же провалился в сон, то его отец еще некоторое время ворочался на семейном ложе, обдумывая самые срочные дела:

— Одну ухоронку под бочками с капустой устроить, а вторую прямо посередке подпола.

Пущай на виду будет — то даже лучше, никто и не додумается…

Погрузневшая, но все еще любимая жена, встрепенувшаяся было при звуках мужнина голоса, сладко зевнула и опять прикрыла глаза, сонно пробормотав напоследок:

— Все-то ты в трудах да заботах, Тимошенька!..

***

Пятнадцатого мая, когда жаркие солнечные лучи окончательно выжгли последние следы апрельской слякоти, в закрытой от посторонних части Александровской слободы приключилось незаметное для непосвященных, но вместе с тем очень важное событие, именуемое «экзаменом на разряд».

Мерно ходили по кругу лошади, запряженные в ворот, шелестели и поскрипывали приводные ремни, чирикали птички и царила безмятежная погода. Снаружи. А вот внутри большого кирпичного амбара, похожего на жилой дом из-за широких окон, второй день царило напряженное внимание, сосредоточенность — и множество звуков обрабатываемого металла. Его сверлили, точили, фрезеровали и шаркали по нему самыми разными напильниками. Шлифовали-полировали, бережно постукивали небольшими бронзовыми молоточками и жестоко били большим молотом, с помощью зубила разделяя на куски. Пару-тройку раз тяжко бухал вырубной пресс, стоящий в дальнем углу цеха на отдельном фундаменте, заглушая противный звук работающего точила…

— Учитель, мы закончили!

На возглас, преисполненный неподдельного почтения и скрытой надежды, откликнулся сам государь-наследник Димитрий Иоаннович, отложив по такому случаю малую мисочку с изюмом.

Подошел, заложив руки за спину, осмотрел-оценил, после чего милостиво повелел:

— Ждите.

Минут через десять раздался новый голос, извещающий об окончании подготовительных работ, затем еще и еще — пока все соискатели гордого звания «слесарь-станочник» не завершили первую часть своего экзамена.