На закат от Мангазеи

 

  Макарин вглядывался в свирепую бездну через узкую щель между перекладинами борта. Иногда ему казалось, что там, среди бушующих волн, он видит что-то еще. Какие-то пляшущие блеклые пятна, огни, громоздкие тени, внезапно вырастающие скалы. Но снова налетал ветер и стирал все кроме бесноватой круговерти. От этой мешанины кружилась голова, хотелось зажмуриться и забыть обо всем. Макарин сам не заметил, как провалился в тяжкий сумбурный сон, из которого его вырвал очередной удар волны и долетевшие брызги.

 

  Было все также темно, и все также хлестал косой ливень. 

  Совсем рядом с преградой из мешков он увидел стоящую у борта скособоченную фигуру. Бледное лицо Сокола казалось мертвым, и Макарин вдруг вспомнил его последние слова. Он отвязал веревку, поднялся и с трудом двинулся вдоль борта к атаману, придерживаясь обеими руками за ограждение.

  - Я чую, что ты не такой упертый дуболом, как твой воевода, а, дьяк? – прокричал ему в ухо Сокол и ухмыльнулся.

 – Ведь ты же не просто так сюда забрался, не по приказу?

  - Скажи, кого ты видел на варзовых кораблях, и возможно мы договоримся.

  Сокол долго разглядывал его, будто оценивая.

  - Если бы все было так просто… Я не знаю точно кого я видел. Они стояли на палубах в ряд и даже не шевелились, будто статуи. Их было десятки на каждом коче. И среди них не было ни одного человека. Я сперва даже принял их за выставленных зачем-то Варзой идолов.

Только вот ни у одного идола нет сверкающих панцирей. И ни у одного идола глаза не горят белым огнем. Я до сих пор вижу эти белые звезды на их лицах. Старый народ пришел за Варзой и его грузом, дьяк. Выбрался из своих пещер, поднялся из преисподней, нашел караван Варзы и забрал себе. Иногда я гадаю, а что было бы, если б мы не опоздали и столкнулись бы нос к носу с этими мертвецами? Теперь они сидят где-то у себя в подземных залах и греют ледяными задницами уплывшие из-под моего носа сокровища.

  - И ты не боишься торопиться к ним на встречу?

  Сокол пожал плечами. 

  - В нашей жизни бояться никак нельзя. Если боишься – проиграешь. А главное, всегда может оказаться, что мне почудилось. Здесь земля такая. Многое чудиться, чего нет на самом деле.

  - Ты говоришь так уверенно, будто знаешь, как забрать у старого народа их сокровища.

  Сокол рассмеялся.