На закат от Мангазеи

И новости до меня кое-как доходят. Я помню Мстиславского. Толстый, трусливый увалень. Как и царь Борис помешанный на потустороннем. Колдуны, ведьмы, древние вещицы, выкопанные из земли и способные или поднять мертвого, или свести с земли живого. Или помочь обрести богатство. Или помочь обрести власть. Наверное, и сейчас этот старый проходимец что-то подобное ищет? Запутался в своих интригах и чует что костер под задницей разгорается. Вот и послал тебя сюда. Верит, что где-то далеко обязательно найдется штуковина, которая принесет ему желаемое, а сам он палец о палец не ударит… Этот дурак никогда не понимал, что главное внутри человека, а не снаружи.

Царю Борису увлечение ведовством не помогло, и ему не поможет.

  - Ты говоришь так, будто в свое время был вхож в самые высокие хоромы. Кто ты на самом деле?

  - Это уже неважно. Что было - давно прошло. 

  Макарин встал и осторожно обошел пылающий очаг, пытаясь разглядеть в темноте все также стоящего на коленях перед иконостасом монаха. Черная хламида покрывала того с головы до ног, полностью скрывая лицо и даже руки.

Из сложенных вместе рукавов свисали только четки, собранные из зеленоватых плоских камней.  

  - Не пытайся увидеть мое лицо, дьяк, - сказал монах. – Его уже много лет никто не видел. И ты не увидишь. Это мой обет. Обещание господу. Ты хочешь его нарушить?

  Макарин вернулся на место.

  - Прости, я не хотел тебя обидеть.

  - Ты не обидел. Не ты первый. Не ты последний. Каждый, кто увидит тайну, хочет ее разгадать.

И никто не понимает, что бывают тайны, которые лучше оставить в покое.

  - Возможно, тайна, за которой я гоняюсь, как раз из таких.

  - Возможно. Но это тебе решать. Только ты сам можешь выбрать свою дорогу.  

  Макарина будто ударило что-то, и все поплыло перед глазами.

  - Постой! Так это ты черный отшельник в высоком срубе!

  Монах не ответил.

  - Мне сказали о тебе души на Дороге Мертвых. Ты должен показать мне путь. 

  Некоторое время был слышен лишь треск огня и стук перебираемых четок.

  - Ты далеко забрался, дьяк, раз говоришь о Дороге Мертвых, - сказал наконец монах. – Что еще говорили тебе души? 

  - Больше ничего. Они меня из своих нор сразу выкинули.

  - Это хорошо. Для тебя. Видать, та штуковина, что ты ищешь для князя Мстиславского, действительно очень ценна. Это не из-за нее все окрестные племена пришли в движение? Тундра уже стонет от нападений.