На закат от Мангазеи

Спрятать и заставить дикарей его искать, ссориться и воевать друг с другом. Так что я напрягся, конечно, когда затея с нападением провалилась.

  - Ты, Григорий Иваныч, сейчас признался, что действовал заодно с иноземцем Хоэром.

  Воевода махнул рукой.

  - Побойся бога, дьяк. Хоэр был пешкой, я его даже в глаза не видел. Горелый ему намекнул про караван да свел с разбоями. Дальше он все делал сам. В нужный момент ему бы проломили череп и на этом его роль была бы закончена. То, что он иноземец, это я от тебя узнал.

А кто ему наплел сказки про золотые пещеры я и до сих пор не знаю. Наверное, как и ты. Мне это все неважно. Главное было разнести по всем окрестным племенам весть о том, что найден их древний бог и что соседи уже собираются наложить на него лапу. А также убедить Москву послать сюда кого-нибудь, для убедительности. Мол, большие белые князья тоже заинтересованы в вашем божестве и скоро увезут его с собой, так что шевелитесь. Мои люди с прошлой зимы эти слухи разносили. Казаки, купцы, промышленники. Даже рыбаки.

  - Одноглазый тебе в этом сильно помог.

  Воевода помрачнел

  - Да. Но с Одноглазым посерьезнее осечка вышла. Уж больно он в этот бред поверил. 

  - Небось тоже твое самоедово зелье?

  - Не знаю. Перед тем как послать к Варзе, я действительно напоил их настоем, что видения вызывает. Для убедительности. Но потом Одноглазый сам мухоморы жрал. А что видел, никогда толком не рассказывал. Зато его вера изрядно вогнала в панику местных самоедов.

А те передали дальше по цепочке. Если б притворялся, может и не получилось бы. Согласись, ты даже сам иногда верил во все эти бредни.

  Макарин не ответил. 

  Воевода разглядывал его, прищурясь, стоя на верхней ступени. Ворота заставы были раскрыты и двое казаков стояли у частокола, ожидая.

  - Ну что, дьяк. Сам видишь, нет в моих делах ничего, что может заинтересовать Разбойный Приказ. Все что я делал, я делал ради блага государства. И ни копейки себе лишней не брал, можешь искать хоть до посинения.

  - Твоего казака Горелого я должен арестовать за связи с разбоями. А там по итогам доклада и дознания пусть и по тебе решение принимают. 

  - Нет, дьяк. Горелого я тебе не отдам. Я своих людей не сдаю. Да ты и сам глянь, он уж в пустоши подался, пока мы здесь лясы точили. Видать, сам понял, что сболтнул про пирожки лишнее.

  Воевода рассмеялся.

  Горелого действительно не было на пристани.