Дело земли

Левый Министр, скорее всего, написал его сам, и передал канцлеру на подпись, скрывая авторство — а тот и подписал, довольный, что удастся разделаться и с опасным союзником-свидетелем, и со слишком назойливым начальником стражи… А господин Татибана Сигэнобу не посмотрел, кому отдает распоряжение. Или наоборот, очень хорошо посмотрел и правильно выбрал. Насквозь честного человека и отца юной девицы.

— Благодарю вас, — снова сказал он.

— Нет, это я вас благодарю, — капитан поклонился Райко.

— Это будет честью не для вас, а для меня, — Райко почувствовал слабость, словно его заворачивали в мокрые златотканые одежды, такие тяжелые, что не вздохнуть. — Простите, я… устал.

— Да, конечно, — господин Корэнака поднял шлем и встал. — Прислать сюда вашу храбрую четверку и брата Сэйсё, чтобы он полечил вашу рану?

Значит, Сэйсё для капитана Корэнаки — все еще «брат»… Ну ладно.

— Если вас не затруднит…

— Не затруднит. Я бесконечно вам обязан.

Ушел наконец.

Снова в дверь просунулся юный Ватанабэ. За ним вошли и остальные — Кинтоки, Суэтакэ и Садамицу. Появление «брата Сэйсё» сопровождалось постукиванием черпачка о котелок и запахом мясного навара.

Райко вспомнил пещеру и вареную девичью ногу в лапах Пропойцы… Лучше прикинуться бесчувственным, чтобы не заставили есть.

— Не спешите терять сознание, господин Райко.

— Меня тошнит от запаха вареного мяса.

— Потерпите. Вам нужно восстановить силы.

— Разве мертвая плоть — не та же грязь?

— Не ханжите мне тут, — Сэйсё села там, где только что сидел Корэнака, достала из котелка черпачок и начала дуть на содержимое. Потом поднесла черпачок Райко и сказала: — В свой час и ваша плоть грязью станет, а теперь — еще рано. Красавчик, подержи-ка своему господину голову.

Садамицу пододвинулся вперед и приподнял голову господина. Навар, полившийся в рот, грел — но не обжигал. Райко ощутил прилив сил, но когда Сэйсё окунула было черпачок в котел второй раз, мотнул головой: не надо. Он боялся, что его сейчас стошнит.

— Нечего, нечего. Все уляжется. Всему место найдется.

Райко видел их всех, как сквозь кисею. Они были ранены тоже — но все легче, чем он.